Взгляды иешуа мастер и маргарита. История иешуа га ноцри
Содержание статьи

Концепция образа Иешуа в романе М. Булгакова "Мастер и Маргарита" интерпретируется и оценивается исследователями по-разному в зависимости от выбранных критериев:
- одни, как И. Виноградов, понимают образ Иешуа как образ прежде всего человека, Богочеловека , принимая и подчеркивая в нем человеческое земное начало, и эта мысль представляется справедливой, созвучной роману: "Булгаковский Иешуа — это на редкость точное прочтение основной легенды христианства, прочтение в чем-то гораздо более глубокое и верное, чем евангельские ее изложения… Бог-человек, посетивший землю, должен был быть на ней, конечно, только обычным земным человеком — не просто смертным человеком, но человеком, ничего не знающим о том, что он — сын божий" 1 ;
- другие, в их числе Г.А. Лесскис, утверждают мысль о глубокой традиционной религиозности автора "Мастера и Маргариты": "В литературе о Булгакове до сих пор распространено в основном представление об атеизме этого писателя, о том, будто религиозные мотивы и темы в его произведениях суть только приемы и средства показать нечто в не совсем обычном ракурсе… Между тем, мы рискуем ничего не понять не только в произведениях Блока, Булгакова, Пастернака о русской революции, если откажем этим авторам в глубокой религиозности" 2 ;
- с точки зрения третьих, роман М. Булгакова, наоборот, глубоко антирелигиозен . И О. Запальская, например, утверждает: "позиция Мастера не является христианской, поскольку христианская позиция определяется не признанием реального существования Иисуса и не благоговейным преклонением перед моральной красотой этого образа, но верой в него как в бога, спасителя и искупителя 3 ". Мастер угадал то, что произошло две тысячи лет назад. Но с точки зрения верующего человека он угадал не все. Ему открылась истина как историческая и нравственная правда, но не полная истина настоящего христианина. Он не обрел веры. С ней солидарна И. Кириллова, считающая, что булгаковский Иешуа дан в духе Христа из книги Эрнеста Ренана "Жизнь Иисуса" (1863, публ. 1906): "Красивый, юный, опоэтизированный, сердобольный, чувствительный, проповедующий “очаровательное богословие любви”… Гибель его вызывает жалость, печаль, недоумение, но не ужас… Это образ красивой мечты. Однако такой образ доступен. Он не требует исповеди веры. Крестная смерть Христа рассматривается как окончательное событие" 4 ". И, наконец, еще более категорично формулирует эту мысль М.М. Дунаев: "Для нас произведение “Мастер и Маргарита” — величайший соблазн; ну, а если учесть, что нити от всякого нашего деяния тянутся в мир иной, духовный, то можно предположить, что для бессмертной души Михаила Афанасьевича — это величайшая трагедия" 5 ".
Вопрос о допустимости (канонах) изображения Иисуса Христа в литературе и изобразительном искусстве — непростой. Должно ли быть его изображение условным, символическим в духе русской иконописи, или оно должно как можно полнее передавать зримые человеческие черты Богочеловека? Как известно, изображение Христа-Богочеловека в его человеческой ипостаси восторжествовало в эпоху Возрождения и в последующее время, до того времени изображения Иисуса были условно-символическими. Гуманизм эпохи Возрождения антропоцентричен — он ставил в центр мироздания человека, равного Богу. И Иисус для гуманистов — это прекрасный, совершенный человек, что выражалось, в частности, в его внешней плотскости. См., например, картину Рубенса "Снятие с креста", где Иисус настолько человек, настолько материально-телесно ощутим, что для снимающих его с креста эта процедура представляет собой тяжелую физическую работу.
Свое логическое завершение эта линия — сосредоточенность на человеческом в Иисусе — получила в таких картинах, как "Мертвый Христос" А. Монтеньи (1500, Милан) и "Мертвый Христос" Гольбейна Младшего (1521, Базель). На этих полотнах — в соответствии с названием — не распятый Иисус, который должен воскреснуть в третий день по Писанию, а просто труп погибшего страшной смертью человека. Воскреснуть такой Христос не может. Князь Мышкин в "Идиоте" Ф. М. Достоевского замечает, что "от этой картины у иного еще вера может пропасть".
В связи с этим логично предположить, что М. Булгаков, родившийся в глубоко религиозной семье, вероятнее всего, не мог об этом не думать, не видеть опасности для христианина очеловечивания Христа, и здесь лежит одна из причин, по которой писатель не приводит своего героя Мастера в финале романа к "свету" (здесь — Раю), так как Мастер не все "угадал" в тех событиях, что происходили две тысячи лет назад.
Читайте также другие статьи по творчеству М.А. Булгакова и анализу романа "Мастер и Маргарита":
- 3.1. Образ Иешуа Га-Ноцри. Сравнение с евангельским Иисусом Христом
- 3.2. Этическая проблематика христианского учения и образа Христа в романе
- 3.3. Образ Иешуа в романе в оценке критиков
Между судьбой Иешуа и страдальческой жизнью Мастера видна явная параллель. Связь между историческими главами и главами о современности усиливает философские и нравственные идеи романа.
В реальном плане повествования Булгаков изобразил жизнь советских людей в 20-30-х годах ХХ века, показал Москву, литературную среду, представителей разных сословий. Центральными персонажами здесь являются Мастер и Маргарита, а также московские литераторы на службе у государства. Основная проблема, волнующая автора, – взаимоотношения художника и власти,
Личности и общества.
Образ Мастера имеет много автобиографических черт, но знак равенства между ним и Булгаковым ставить нельзя. В жизни Мастера в художественной форме отражены трагические моменты судьбы самого писателя. Мастер – бывший безвестный историк, отказавшийся от собственной фамилии, “как и вообще от всего в жизни”, “не имел нигде родных и почти не имел знакомых в Москве”. Он живет, погруженный в творчество, в осмысление идей своего романа. Его как писателя волнуют вечные, общечеловеческие проблемы, вопросы смысла жизни, роли художника в обществе.
Само слово “мастер” приобретает
Символическое значение. Судьба его трагична. Он серьезный, глубокий, талантливый человек, существующий в условиях тоталитарного режима. Мастер, как и Фауст И. Гете, одержим жаждой познания и поиском истины. Свободно ориентируясь в древних пластах истории, он ищет в них вечные законы, по которым строится общество людей. Ради познания истины Фауст продает душу дьяволу, а Мастер у Булгакова знакомится с Воландом и уходит с ним из этого несовершенного мира.
У Мастера и Иешуа есть схожие черты и убеждения. Писатель отвел этим персонажам немного места в общей структуре романа, но по своему значению эти образы наиболее важны. Оба мыслителя не имеют крыши над головой, отвергнуты обществом, оба преданы, арестованы и, невинные, уничтожены. Их вина в неподкупности, чувстве собственного достоинства, преданности идеалам, глубоком сочувствии к людям. Эти образы взаимно дополняют, подпитывают друг друга. В то же время между ними есть различия. Мастер устал бороться с системой за свой роман, добровольно устранился, Иешуа же за свои убеждения идет на казнь. Иешуа полон любовью к людям, прощает всех, Мастер, напротив, ненавидит и не прощает своих гонителей.
Мастер исповедует не религиозную истину, а правду факта. Иешуа – трагический герой, созданный Мастером, гибель которого мыслится им как неизбежная. С горькой иронией автор представляет Мастера, который появляется в больничном халате и сам говорит Ивану, что он сумасшедший. Для писателя жить и не творить равнозначно смерти. Отчаявшись, Мастер сжег свой роман, вот почему “он не заслужил света, он заслужил покой”. Роднит героев еще одна общая черта: они не чувствуют, кто их предаст. Иешуа не догадывается, что Иуда предал его, но предчувствует, что с этим человеком случится несчастье.
Странно, что замкнутый, недоверчивый по характеру Мастер сходится с Алоизием Могарычом. Более того, уже находясь в сумасшедшем доме, Мастер “до сих пор” “скучает” по Алоизию. Алоизий “покорил” его “своею страстью к литературе”. “Он не успокоился до тех пор, пока не упросил” Мастера прочесть ему “роман весь от корки до корки, причем о романе он отозвался очень лестно…”. Позже Алоизий, “прочитав статью Латунского о романе”, “написал на Мастера жалобу с сообщением о том, что он хранит у себя нелегальную литературу”. Целью предательства для Иуды были деньги, для Алоизия – квартира Мастера. Не случайно Воланд утверждает, что страсть к наживе определяет поведение людей.
Иешуа и Мастер имеют каждый по одному ученику. Иешуа Га-Ноцри – Левия Матвея, Мастер – Ивана Николаевича Понырева. Ученики сначала были очень далеки от позиции своих учителей, Левий был сборщиком податей, Понырев – малоодаренным поэтом. Левий поверил, что Иешуа – воплощение Истины. Понырев постарался все забыть и стал обычным служащим.
Создав своих героев, Булгаков прослеживает изменение психологии людей на протяжении многих веков. Мастер, этот современный праведник, уже не может быть таким искренним и чистым, как Иешуа. Понтий понимает несправедливость своего решения и чувствует вину, а гонители Мастера уверенно торжествуют.
(No Ratings Yet)
- Древний Ершалаим описан Булгаковым с таким мастерством, что запоминается навсегда. Психологически глубокие, реалистичные образы разноплановых героев, каждый из которых – яркий портрет. Историческая часть романа производит неизгладимое впечатление. Отдельные персонажи...
- Вероятно, каждый, кто читал “Мастера и Маргариту” М. А. Булгакова, называет этот роман если не любимым, то одним из самых любимых литературных произведений из всех когда-либо прочитанных. Эту книгу знают...
- Слово “мастер” не случайно вынесено Булгаковым в заглавие его знаменитого романа “Мастер и Маргарита”. Он действительно является одной из центральных фигур булгаковского произведения. В бесконечно сложной структуре “Мастера и Маргариты”...
- ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ТРЕХ МИРОВ В РОМАНЕ М. А. БУЛГАКОВА “МАСТЕР И МАРГАРИТА” Роман М. Булгакова “Мастер и Маргарита” – произведение очень необычное. Исследователи до сих пор не могут определить его жанр,...
- Рукописи не горят! М. Булгаков План I. Судьба Булгакова как гражданина и писателя. II. Тема судьбы художника в романе “Мастер и Маргарита” 1. Судьба мастера. 2. Роман Мастера о Понтии...
- “Прощение или прощание? Последний закатный роман” (М. А. Булгаков). (Тема прощения в романе М. А. Булгакова “Мастер и Маргарита”) “Все пройдет. Страдания, муки, кровь, голод и мор. Меч исчезнет, а...
- Трусость и фальшь – отличительный признак слабого характера, который боится и бежит от правды, а в лучшем случае скрывает ее от себя. Р. Ролан План I. Необычность романа “Мастер и...
- ПРОБЛЕМА ТВОРЧЕСТВА И СУДЬБЫ ХУДОЖНИКА В РОМАНЕ М. А. БУЛГАКОВА “МАСТЕР И МАРГАРИТА” В романе М. Булгакова “Мастер и Маргарита” есть герой, который не назван по имени. Он сам и...
- КЛАССИКА М. А. БУЛГАКОВ ТАИНСТВЕННЫЕ СОБЫТИЯ В РОМАНЕ М. А. БУЛГАКОВА “МАСТЕР И МАРГАРИТА” Произведение М. А. Булгакова “Мастер и Маргарита” – роман сложный, многослойный. Кроме того, это жизненный роман....
- Проблема добра и зла является основной в романе Михаила Афанасьевича Булгакова “Мастер и Маргарита”. Писатель подчеркивает, что добро и зло существуют на земле вне времени и многими веками человечество живет...
- ТЕМА ЛЮБВИ В РОМАНЕ М. А. БУЛГАКОВА “МАСТЕР И МАРГАРИТА” Роман называется “Мастер и Маргарита” – значит, в центре его драматическая история талантливого писателя и его возлюбленной, “тайной жены”. Повествуя...
- В духовной атмосфере сегодняшнего общества, много лет назад отторгнутого от религии (“большинство нашего населения сознательно и давно перестало верить сказкам о боге”, – с гордостью говорит Берлиоз) остро ощутима нехватка...
- Наиболее актуальной проблемой в Романе М. Булгакова “Мастер и Маргарита” является тема борьбы добра и зла. Булгаков считал, что в жизни добро больше всего характеризует человека с положительной точки зрения....
- ДОБРО И ЗЛО В РОМАНЕ М. А. БУЛГАКОВА “МАСТЕР И МАРГАРИТА” Роман М. Булгакова “Мастер и Маргарита” критика назвала “закатным романом” писателя. Этот роман – попытка ответить на вечные вопросы...
- Пока молоды, сильны, бодры, не уставайте делать добро… Если в жизни есть смысл и цель, то смысл этот и цель вовсе не в нашем счастье, а в чем-то более разумном...
- Самый одиозных писатель 20-го века, Михаил Афанасьевич Булгаков, родился 3 (15) мая 1891 года. За свою, сравнительно, непродолжительную жизнь, классик успел очень много. Он умер в 1940 году. До сих...
- ФИЛОСОФСКО-БИБЛЕЙСКИЕ МОТИВЫ В РОМАНЕ М. А. БУЛГАКОВА “МАСТЕР И МАРГАРИТА” Роман М. Булгакова “Мастер и Маргарита” – произведение очень необычное. Исследователи до сих пор не могут определить его жанр. Некоторые...
- “Свет” и “покой” в романе М. А. Булгакова “Мастер и Маргарита” В творчестве каждого писателя есть какое-то центральное, основное произведение, воплотившее в себе все его идеи и образы, раскрывшее его...
- Трусость – самый страшный порок. М. Булгаков План I. Проблематика романа М. Булгакова “Мастер и Маргарита”. II. Понтий Пилат – обвинитель и жертва. 1. Понтий – олицетворение власти. 2. Пилат...
- Булгаков с подчеркнутой определенностью и открытостью объяснял в письме младшему брату: “Теперь сообщаю тебе, брат мой: положение мое неблагополучно. Все мои пьесы запрещены к представлению в СССР, и беллетристической ни...
- Воссоздание евангельских событий – одна из важнейших традиций мировой и русской литературы. Обращается к событиям распятия и воскрешения Иисуса Христа Дж. Мильтон в поэме “Возвращенный рай”, О. де Бальзак в...
- КЛАССИКА М. А. БУЛГАКОВ ГОГОЛЕВСКИЕ ТРАДИЦИИ В РОМАНЕ М. А. БУЛГАКОВА “МАСТЕР И МАРГАРИТА” М. А. Булгаков – талантливый русский писатель, творивший в начале XX века. В его творчестве особо...
- Счастье… С самого сотворения мира человечество ломает голову над тем, что это такое, но ответ на этот, казалось бы, несложный вопрос так до сих пор и не найден. Попытки вывести...
- Много раз Булгаков переделывал известный на весь мир роман. Много сил вложил он в него, отдаваясь ему, как в последний раз. И, можно сказать, что все это не зря. Перед...
- КЛАССИКА М. А. БУЛГАКОВ ГЛАВНЫЕ МОТИВЫ В РОМАНЕ М. БУЛГАКОВА “МАСТЕР И МАРГАРИТА” КАК ВЫРАЖЕНИЕ “СВОЕГО ВРЕМЕНИ И ВРЕМЕНИ ВООБЩЕ” “Рукописи не горят”. М. Булгаков “В этом романе действуют и...
- Михаил Булгаков – писатель с необычной судьбой: основная часть его произведений стала известна миру лишь через четверть века после смерти художника. А главный труд всей его жизни – роман “Мастер...
- ПЕРЕПЛЕТЕНИЕ РЕАЛЬНОГО И ФАНТАСТИЧЕСКОГО В РОМАНЕ М. А. БУЛГАКОВА “МАСТЕР И МАРГАРИТА” М. Булгаков называл свой творческий метод “странным реализмом”. Странность, необычность булгаковского реализма состояла в том, что окружающую действительность...
- КЛАССИКА М. А. БУЛГАКОВ МОСКВА 30-х ГОДОВ В РОМАНЕ М. А. БУЛГАКОВА “МАСТЕР И МАРГАРИТА” Все лучшее, написанное великим русским писателем Михаилом Афанасьевичем Булгаковым, – непримиримое отрицание поверженной и исковерканной...
- КЛАССИКА М. А. БУЛГАКОВ РЕАЛЬНОЕ И СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОЕ В РОМАНЕ М. А. БУЛГАКОВА “МАСТЕР И МАРГАРИТА” Можно ли человеку, независимо от времени и места его пребывания, величины отбрасываемой им тени, существовать...
- Роман М. А. Булгакова “Мастер и Маргарита” является одним из наиболее значительных творений мировой литературы XX в. В этом произведении писатель расширил жанровые границы литературного романа, сумев первым среди многочисленных...
В трактовке образа Иисуса Христа как идеала нравственного совершенства Булгаков отошел от традиционных, канонических представлений, основанных на четырех Евангелиях и апостольских посланиях. В. И. Немцев пишет: «Иешуа - это авторское воплощение в дела положительного человека, к которому направлены стремления героев романа».
В романе Иешуа не дано не единого эффектного героического жеста. Он - обыкновенный человек: «Он не аскет, не пустынножитель, не отшельник, не окружен он аурой праведника или подвижника, истязающего себя постом и молитвами. Как все люди, страдает от боли и радуется освобождению от нее».
Мифологический сюжет, на который проецируется произведение Булгакова, представляет собой синтез трех основных элементов - Евангелия, Апокалипсиса и «Фауста». Две тысячи лет тому назад было найдено «переменившее весь ход мировой истории средство спасения». Булгаков видел его в духовном подвиге человека, который в романе назван Иешуа Га-Ноцри и за которым виден его великий евангельский прообраз. Фигура Иешуа стала выдающимся открытием Булгакова.
Есть сведения о том, что Булгаков не был религиозен, в церковь не ходил, от соборования перед смертью отказался. По вульгарный атеизм был ему глубоко чужд.
Настоящая новая эра в XX веке - это тоже эра «лицетворения», время нового духовного самоспасения и самоуправления, подобное которому было явлено некогда миру в Иисусе Христе. Подобный акт может, по М. Булгакову, спасти наше Отечество в XX в. Возрождение Бога должно произойти в каждом из людей.
История Христа в романе Булгакова изложена не так, как в Священном Писании: автор предлагает апокрифическую версию евангельского повествования, в которой каждый из
участников совмещает в себе противоположные черты и выступает в двойственной роли. «Вместо прямой конфронтации жертвы и предателя, Мессии и его учеников и враждебных им образуется сложная система, между всеми членами которой проступают отношения родства частичного подобия». Переосмысление канонического евангельского повествования и придает версии Булгакова характер апокрифа. Сознательное и резкое неприятие канонической новозаветной традиции в романе проявляется в том, что записи Левия Матвея (т. е. как бы будущий текст Евангелия от Матфея) оцениваются Иешуа как полностью несоответствующие действительности. Роман выступает как истинная версия.
Первое представление об апостоле и евангелисте Матфее в романе дает оценка самого Иешуа: «... ходит, ходит один с козлиным пергаментом и непрерывно пишет, но я однажды заглянул в этот пергамент и ужаснулся. Решительно ничего из того, что там записано, я не говорил. Я его умолял: сожги ты бога ради свой пергамент!». Стало быть, сам Иешуа отвергает достоверность свидетельств Евангелия от Матфея. В этом отношении он проявляет единство взглядов с Воландом-Сатаной: «Уж кто-кто, - обращается Воланд к Берлиозу, - а вы-то должны знать, что ровно ничего из того, что написано в Евангелиях, не происходило не самом деле никогда». Не случайно глава, в которой Воланд начинал рассказывать роман Мастера, в черновых вариантах имела заглавие «Евангелие от Дьявола» и «Евангелие от Воланда». Многое в романе Мастера о Понтии Пилате очень далеко от евангельских текстов. В частности, нет сцены воскресения Иешуа, отсутствует вообще Дева Мария; проповеди Иешуа продолжаются не три года, как в Евангелии, а в лучшем случае - несколько месяцев.
Что касается деталей «древних» глав, то многие из них Булгаков почерпнул из Евангелий и проверил по надежным историческим источникам. Работая над этими главами, Булгаков, в частности, внимательно изучил «Историю евреев» Генриха Гретца, «Жизнь Иисуса» Д. Штрауса, «Иисус против Христа» А. Барбюса, «Книгу бытия моего» П. Успенского, «Гофсиманию» А. М, Федорова, «Пилата» Г. Петровского, «Прокуратора Иудеи» А. Франса, «Жизнь Иисуса Христа» Феррара, и конечно же, Библию, Евангелия. Особое место занимала книга Э. Ренана «Жизнь Иисуса», из которой писатель почерпнул хронологические данные и некоторые исторические детали. Из ренановского «Антихриста» пришел в роман Булгакова Афраний.
Для создания многих деталей и образов исторической части романа первичными импульсами послужили некоторые художественные произведения. Так, Иешуа наделен некоторыми качествами сервантовского Дон Кихота. На вопрос Пилата, действительно ли Иешуа считает добрыми всех людей, в том числе и избившего его кентуриона Марка Крысобоя, Га-Ноцри отвечает утвердительно и добавляет, что Марк, «правда, несчастливый человек... Если бы с ним поговорить, - вдруг мечтательно сказал арестант, - я уверен, что он резко изменился бы». В романе Сервантеса: Дон Кихот подвергается в замке герцога оскорблению со стороны священника, назвавшего его «пустой головой», но кротко отвечает: «Я не должен видеть. Да и не вижу ничего обидного в словах этого доброго человека. Единственно, о чем я жалею, это что он не побыл с нами - я бы ему доказал, что он ошибался». Именно идея «заражения добром» роднит булгаковского героя с рыцарем Печального Образа. В большинстве же случаев литературные источники настолько органично вплетены в ткань повествования, что относительно многих эпизодов трудно однозначно сказать, взяты ли они из жизни или из книг.
М. Булгаков, изображая Иешуа, нигде ни единым намеком не показывает, что это Сын Божий. Иешуа везде представлен Человеком, философом, мудрецом, целителем, но -Человеком. Никакого ореола святости над Иешуа не витает, и в сцене мучительной смерти присутствует цель - показать, какая несправедливость творится в Иудее.
Образ Иешуа - это лишь персонифицированный образ морально-философских представлений человечества, нравственного закона, вступающего в неравную схватку с юридическим правом. Не случайно портрет Иешуа как таковой в романе фактически отсутствует: автор указывает на возраст, описывает одежду, выражение лица, упоминает о синяке, и ссадине - но не более того: «...ввели... человека лет двадцати семи. Этот человек был одет в старенький и разорванный голубой хитон. Голова его была прикрыта белой повязкой с ремешком вокруг лба, а руки связаны за спиной. Под левым глазом у человека был большой синяк, в углу рта - ссадина с запекшейся кровью. Приведенный с тревожным любопытством глядел на прокуратора».
На вопрос Пилата о родных он отвечает: «Нет никого. Я один в мире». Но вот что опять странно: это отнюдь не звучит жалобой на одиночество... Иешуа не ищет сострадания, в нем нет чувства ущербности или сиротства. У него это звучит примерно так: «Я один - весь мир передо мною», или - «Я один перед всем миром», или - «Я и есть этот мир». Иешуа самодостаточен, вбирая в себя весь мир. В. М. Акимов справедливо подчеркивал, что «трудно понять цельность Иешуа, его равность себе самому - и всему миру, который он вобрал в себя». Нельзя не согласиться с В. М. Акимовым в том, что сложная простота булгаковского героя трудно постижима, неотразимо убедительна и всесильна. Более того, сила Иешуа Га-Ноцри так велика и так объемлюща, что поначалу многие принимают ее за слабость, даже за духовное безволие.
Однако Иешуа Га-Ноцри не простой человек. Воланд-Сатана мыслит себя с ним в небесной иерархии совершенно на равных. Булгаковский Иешуа является носителем идеи богочеловека.
Бродяга-философ крепок своей наивной верой в добро, которую не могут отнять у него ни страх наказания, ни зрелище вопиющей несправедливости, чьей жертвой становится он сам. Его неизменная вера существует вопреки обыденной мудрости и наглядным урокам казни. В житейской практике эта идея добра, к сожалению, не защищена. «Слабость проповеди Иешуа в ее идеальности, - справедливо считает В. Я. Лакшин, - но Иешуа упрям, а в абсолютной цельности его веры в добро есть своя сила». В своем герое автор видит не только религиозного проповедника и реформатора - образ Иешуа воплощает в свободную духовную деятельность.
Обладая развитой интуицией, тонким и сильным интеллектом, Иешуа способен угадывать будущее, причем не просто грозу, которая «начнется позже, к вечеру:», но и судьбу своего учения, уже сейчас неверно излагаемого Левием. Иешуа - внутренне свободен. Даже понимая, что ему реально угрожает смертная казнь, он считает нужным сказать римскому наместнику: «Твоя жизнь скудна, игемон».
Б. В. Соколов полагает, что идея «заражения добром», являющаяся лейтмотивом проповеди Иешуа, привнесена Булгаковым из ренановского «Антихриста». Иешуа мечтает о «будущем царстве истины и справедливости» и оставляет его открытым абсолютно для всех: «...настанет время, когда не будет власти ни императора, ни какой-либо иной власти». Человек перейдет в царство истины и справедливости, где вообще не будет надобна никакая власть.
Га-Ноцри проповедует любовь и терпимость. Он никому не отдает предпочтения, для него одинаково интересны и Пилат, и Иуда, и Крысобой. Все они - «добрые люди», только -«покалеченные» теми или иными обстоятельствами. В беседе с Пилатом он лаконично излагает суть своего учения: «...злых людей нет на свете». Слова Иешуа перекликаются с кантовскими высказываниями о сути христианства, определенной или как чистая вера в добро, или как религия добра - образа жизни. Священник в ней просто наставник, а церковь - место собраний для поучений. Кант рассматривает добро как свойство, изначально присущее человеческой природе, как, впрочем, и зло. Для того чтобы человек состоялся как личность, т. е. существо, способное воспринимать уважение к моральному закону, он должен развить в себе доброе начало и подавить злое. И все здесь зависит от самого человека. Ради собственной же идеи добра Иешуа не произносит слово неправды. Если бы он хоть немного покривил душой, то «исчез бы весь смысл его учения, ибо добро - это правда!», а «правду говорить легко и приятно».
В чем же главная сила Иешуа? Прежде всего, в открытости. Непосредственности. Он всегда находится в состоянии духовного порыва «навстречу». Его первое же появление в романе фиксирует это: «Человек со связанными руками несколько подался вперед и начал говорить:
- Добрый человек! Поверь мне...».
Иешуа - человек, всегда открытый миру, «Открытость» и «замкнутость» - вот, по Булгакову, полюсы добра и зла. «Движение навстречу» - сущность добра. Уход в себя, замкнутость - вот что открывает дорогу злу. Уход в себя и человек так или иначе вступает в контакт с дьяволом. М. Б. Бабинский отмечает способность Иешуа поставить себя на место другого, чтобы понять его состояние. Основой гуманизма этого человека является талант тончайшего самосознания и на этой основе - понимание других людей, с которыми сводит его судьба.
В этом - ключ к эпизоду с вопросом: «Что такое истина?». Пилату, мучающемуся гемикранией, Иешуа отвечает так: «Истина... в том, что у тебя болит голова».
Булгаков и здесь верен себе: ответ Иешуа связан с глубинным смыслом романа - призывом прозреть правду сквозь намеки, открыть глаза, начать видеть.
Истина для Иешуа - это то, что на самом деле. Это снятие покрова с явлений и вещей, освобождение ума и чувства от любого сковывающего этикета, от догм; это преодоление условностей и помех. «Истина Иешуа Га-Ноцри - это восстановление действительного видения жизни, воля и мужество не отворачиваться и не опускать глаз, способность открывать мир, а не закрываться от него ни условностями ритуала, ни выбросами «низа». Истина Иешуа не повторяет «традицию», «регламент» и «ритуал». Она становится живой и всякий раз полной способностью к диалогу с жизнью.
Но здесь и заключено самое трудное, ибо для полноты такого общения с миром необходимо бесстрашие. Бесстрашие души, мысли, чувства».
Деталь, характерная для Евангелия от Булгакова, - сочетание чудотворной силы и чувства усталости и потерянности у главного героя. Гибель героя описывается как вселенская катастрофа - конец света: «настала полутьма, и молнии бороздили черное небо. Из него вдруг брызнуло огнем, и крик кентуриона: «Снимай цепь!» - утонул в грохоте... Тьма закрыла Ершалаим. Ливень хлынул внезапно... Вода обрушилась так страшно, что когда солдаты бежали книзу, им вдогонку уже летели бушующие потоки».
Несмотря на то, что сюжет кажется завершенным - Иешуа казнен, автор стремится утвердить, что победа зла над добром не может стать результатом общественно-нравственного противоборства, этого, по Булгакову, не приемлет сама человеческая природа, не должен позволить весь ход цивилизации. Возникает впечатление, что Иешуа так и не понял, что он умер. Он был живым все время и живым ушел. Кажется, самого слова «умер» нет в эпизодах Голгофы. Он остался живым. Он мертв лишь для Левия, для слуг Пилата.
Великая трагическая философия жизни Иешуа состоит в том, что право на истину (и на выбор жизни в истине) испытывается и утверждается также и выбором смерти. Он «сам управился» не только со своей жизнью, но и со своей смертью. Он «подвесил» свою телесную смерть так же, как «подвесил» свою духовную жизнь.
Тем самым он поистине «управляет» собой (и всем вообще распорядком на земле), управляет не только Жизнью, но и Смертью.
«Самотворение», «самоуправление» Иешуа выдержало испытание смертью, и поэтому оно стало бессмертным.
Категория: ЕГЭ по литературеМесто в системе образов.
Является героем романа о Понтии Пилате, написанного Мастером. В романе "Мастер и Маргарита" Иешуа Га-Ноцри оказывается существом необыкновенным - бесконечно добрым, всепрощающим и милосердным.
Прототип – Иисус Христос.
Отличия. Например, в романе Иешуа умирает в возрасте 27 лет, а Иисус Христос был казнен в возрасте 33 лет. В романе у Иешуа есть всего один ученик - Левий Матвей. У Иисуса Христа было 12 учеников. Несмотря на эти и другие различия, Иисус Христос, без сомнения, является прообразом Иешуа - но в булгаковской интерпретации.
Носит прозвище Га-Ноцри: "...– Прозвище есть? – Га Ноцри..."
Род занятий - бродячий философ.
Дом. У нет постоянного жилища. Он путешествует по городам со своей проповедью: "...рядом с ним шел бродячий философ..." "...послал на смерть философа с его мирною проповедью!.." "...У меня нет постоянного жилища, – застенчиво ответил арестант, – я путешествую из города в го-род..." "...короче, одним словом – бродяга..."
Возраст - около 27 лет (Иисусу Христу было 33 года, когда его казнили): "...человека лет два-дцати семи..."
Внешность: "...Этот человек был одет в старенький и разорванный голубой хитон. Голова его была прикрыта белой повязкой с ремешком вокруг лба, а руки связаны за спиной. Под левым гла-зом у человека был большой синяк, в углу рта – ссадина с запекшейся кровью..." "...к стоптанным сандалиям Иешуа..." "...голову в размотавшейся чалме..." "...молодой человек в разорванном хито-не и с обезображенным лицом..." "...арестант с обезображенным побоями лицом,.." "...потирая из-мятую и опухшую багровую кисть руки..."
Одежда. Иешуа носит оборванную одежду: "...оборванный философ бродяга..." "...нищего из Эн Сарида..."
Глаза: "...Глаза его, обычно ясные, теперь были мутноваты..."
Манера двигаться. Бесшумная походка: "...связанный пошел за ним бесшумно..."
Улыбка: "...И в этом ты ошибаешься, – светло улыбаясь и заслоняясь рукой от солнца, возра-зил арестант..."
Происхождение и семья. Выходец из Галилеи: "...Подследственный из Галилеи?.." Иешуа ро-дом из города Гамалы (по другой версии - из Эн-Сарида). Булгаков не завершил роман, поэтому в тексте присутствуют обе версии одновременно: "...– Откуда ты родом? – Из города Гамалы, – от-ветил арестант, головой показывая, что там, где то далеко, направо от него, на севере, есть город Гамала..." "...нищего из Эн Сарида..." Иешуа - сирота. Он не знает, кто его родители. У него вооб-ще нет родных: "...Меня – подкидыша, сына неизвестных родителей..." "...я не помню моих роди-телей. Мне говорили, что мой отец был сириец..." "...– Родные есть? – Нет никого. Я один в ми-ре..."
Одинокий, холостой. У него нет жены: "..Жены нет? – почему то тоскливо спросил Пилат, не понимая, что с ним происходит. – Нет, я один..."
Умный: "...Не притворяйся более глупым, чем ты есть..." "...Неужели вы, при вашем уме, до-пускаете мысль, что..."
Наблюдательный, проницательный. Он видит то, что скрыто от глаз других людей: "...Это очень просто, – ответил арестант по латыни, – ты водил рукой по воздуху, – арестант повторил жест Пилата, – как будто хотел погладить, и губы..." "...Истина прежде всего в том, что у тебя бо-лит голова, и болит так сильно, что ты малодушно помышляешь о смерти..."
Способен предчувствовать события: "...У меня, игемон, есть предчувствие, что с ним слу-чится несчастье, и мне его очень жаль. "...я вижу, что меня хотят убить..."
Способен лечить людей, но при этом он не врач. Каким-то чудом Иешуа снимает головную боль Понтия Пилата: "...Нет, прокуратор, я не врач, – ответил арестант..." "...мучения твои сейчас кончатся, голова пройдет. "...поверь мне, я не врач..."
Добрый. Он никому не причиняет зла: "...тот жестоким не был..." "...Иешуа, не сделавший ни-кому в жизни ни малейшего зла..." "...сейчас я невольно являюсь твоим палачом, что меня огорча-ет..."
Считает всех людей добрыми: "...ответил арестант, – злых людей нет на свете..." "...философ, выдумавший столь невероятно нелепую вещь вроде того, что все люди добрые..." "...Добрый чело-век! Поверь мне..."
Застенчивый: "...застенчиво ответил арестант..."
Речь. Умеет интересно говорить так, что люди ходят за ним по пятам: "...теперь я не сомнева-юсь в том, что праздные зеваки в Ершалаиме ходили за тобою по пятам. Не знаю, кто подвесил твой язык, но подвешен он хорошо..."
Грамотный: "...– Знаешь ли грамоту? – Да..."
Знает языки: арамейский, греческий и латинский: "...– Знаешь ли какой либо язык, кроме арамейского? – Знаю. Греческий..." "...– ты, может быть, знаешь и латинский язык? – Да, знаю, – ответил арестант..."
Трудолюбивый. Оказавшись в гостях у огородника он, помогает ему с огородом: "...Позавчера днем Иешуа и Левий находились в Вифании под Ершалаимом, где гостили у одного огородника, которому чрезвычайно понравились проповеди Иешуа. Все утро оба гостя проработали на огороде, помогая хозяину..."
Милосердный. Даже во время своей казни он заботится о других преступниках: "...Иешуа оторвался от губки и... хрипло попросил палача..." – Дай попить ему..."
Отношение к трусости. Считает трусость одним из главных пороков людей: "...он сказал, это, что в числе человеческих пороков одним из самых главных он считает трусость..."; "трусость, несомненно, один из самых страшных пороков. Так говорил Иешуа Га Ноцри..."
Встретившись с читателем у Патриарших прудов, Булгаков ведет его по Москве двадцатых годов, - по ее переулкам и площадям, набережным и бульварам, по аллеям садов, заглядывает в учреждения и коммунальные квартиры, в магазины и рестораны. Изнанка театральной жизни, проза существования литературной братии, быт и заботы обыкновенных людей предстают пред взором нашим. И вдруг магической силой, данной талантом, Булгаков переносит нас в город, отдаленный сотнями лет, тысячами километров. Прекрасный и страшный Ершалаим... Висячие сады, мосты, башни, ипподром, базары, пруды... А на балконе роскошного дворца, залитом жарким солнечным светом, стоит невысокий человек лет двадцати семи и отважно ведет странные и опасные речи. «Этот человек был одет в старенький и разорванный голубой хитон. Голова его была прикрыта белой повязкой с ремешком вокруг лба, а руки связаны за спиной. Под левым глазом у человека был большой синяк, в углу рта — ссадина с запекшейся кровью». Это Иешуа, бродячий философ, переосмысленный Булгаковым образ Христа.
Иешуа Га-Ноцри, так именовали Иисуса Христа в иудейских книгах (Иешуа буквально означает Спаситель; Га-Ноцри означает «из Назарета», Назарет - город в Галилее, в котором жил святой Иосиф и где произошло Благовещение Пресвятой Деве Марии о рождении у неё Сына Божия. Сюда же возвратился после своего пребывания в Египте Иисус, Мария и Иосиф. Здесь прошло детство и отрочество Иисуса). Но дальше анкетные данные расходятся с первоисточником. Иисус родился в Вифлееме, владел арамейским языком, читал на древнееврейском и, возможно, говорил на греческом, предстал перед судом в 33 года. А Иешуа родился в Гамале, не помнил родителей, не знал древнееврейского, но владел еще и латинским, он предстает перед нами в возрасте двадцати семи лет. Не знающим Библии может показаться, что пилатовские главы - перифраз евангельской истории суда римского наместника в Иудее Понтия Пилата над Иисусом Христом и последовавшей за этим казни Иисуса, происшедшей в начале новой истории человечества.
Действительно, есть общие черты между романом Булгакова и Евангелиями. Так, одинаково описана причина казни Христа, его разговор с Понтием Пилатом и сама казнь. Видно, как Иешуа пытается подтолкнуть обычных людей к правильному решению, пытается направить их на путь правды и истины: «Пилат сказал Ему: итак Ты Царь? Иисус отвечал: ты говоришь, что Я Царь. Я на то родился и на то пришел в мир, чтобы свидетельствовать о истине; всякий, кто от истины, слушает гласа Моего» (Евангелие от Иоанна 18,37).
В «Мастере и Маргарите» Иешуа тоже пытается в диалоге с Понтием Пилатом ответить на вопрос о том, что такое истина: «Истина прежде всего в том, что у тебя болит голова, и болит так сильно, что ты малодушно помышляешь о смерти. Ты не только не в силах говорить со мной, но тебе трудно даже глядеть на меня. И сейчас я невольно являюсь твоим палачом, что меня огорчает. Ты не можешь даже и думать о чём-нибудь и мечтаешь только о том, чтобы пришла твоя собака, единственное, по-видимому, существо, к которому ты привязан. Но мучения твои сейчас кончатся, голова пройдёт».
Этот эпизод - единственный отголосок чудес, совершаемых Иисусом и описанных в Евангелиях. Хотя есть ещё одно указание на божественную сущность Иешуа. В романе есть такие строки: «…возле того столбом загорелась пыль». Возможно, это место рассчитано на ассоциацию с 13 главой Библейской книги «Исход», где речь идет о том, как Бог, указывая путь евреям в исходе из египетского плена, шел перед ними в виде столпа: «Господь же шел перед ними днем в столпе облачном, показывая им путь, а ночью в столпе огненном, светя им, дабы идти им и днем, и ночью. Не отлучался столп облачный днем и столп огненный ночью от лица народа».
Иешуа никак не проявляет мессианского предназначения, тем более не обосновывает своей божественной сущности, тогда как Иисус уточняет, например, в разговоре с фарисеями: он не просто Мессия, Помазанник Божий, Он - Сын Божий: «Я и Отец - одно».
Иисус имел учеников. За Иешуа же шел лишь один Левий Матвей. Похоже, что прообразом Левия Матвея служит апостол Матфей, автор первого Евангелия (до встречи с Иисусом он был мытарем, то есть, так же, как и Левий - сборщиком податей). Иешуа встретился с ним впервые на дороге в Виффагии. А Виффагия - небольшое поселение у Елеонской горы близ Иерусалима. Отсюда началось, согласно Евангелиям, торжественное шествие Иисуса в Иерусалим. Кстати с этим библейским фактом тоже есть различия: Иисус в сопровождении своих учеников въезжает на осле в Иерусалим: «И когда он ехал, постилали одежды свои по дороге. А когда он приблизился к спуску с горы Елернской, все множество учеников начало в радости велегласно славить Бога за все чудеса, какие видели они, говоря: благословен Царь, грядущий Господне! мир на небесах и слава в вышних!» (Евангелие от Луки 19,36-38). Когда Пилат спрашивает Иешуа правда ли то, что он «через Сузские ворота верхом на осле» въехал в город, тот отвечает, что у него «и осла-то никакого нет». Пришел он в Ершалаим точно через Сузские ворота, но пешком, в сопровождении одного Левия Матвея, и никто ему ничего не кричал, так как никто его тогда в Ершалаиме не знал.
Иешуа с человеком, предавшим его - Иудой из Кириафа, был знаком немного: « … Позавчера вечером я познакомился возле храма с одним молодым человеком, который называпл себя Иудой из города Кириафа. Он пригласил меня к себе в дом в Нижнем Городе и угостил… Очень добрый и любознательный человек … Он выказал величайший интерес к моим мыслям, принял меня весьма радушно…» А Иуда из Кариота был учеником Иисуса. Христос сам провозгасил, что его предаст Иуда: «Когда же настал вечер, Он возлег с двенадцатью учениками; и когда они ели, сказал: истинно говорю вам, что один из вас предаст Меня. Они весьма опечалились, и начали говорить Ему, каждый из них: не я ли, Господи? Он же сказал в ответ: опустивший со Мною руку в блюдо, этот предаст Меня; впрочем Сын Человеческий идет, как писано о Нем, но горе тому человеку, которым Сын Человеческий предается: лучше было бы этому человеку не родиться. При сем и Иуда, предающий Его, сказал: не я ли, Равви? Иисус говорит ему: ты сказал» (Евангелие от Матфея 26,20-25).
На первом суде у Пилата в Божием Законе Иисус ведёт себя достойно и выглядит на самом деле царём: « Пилат спросил Иисуса Христа: "Ты Царь Иудейский?" Иисус Христос ответил: "ты говоришь" (что значит: "да, Я Царь"). Когда же первосвященники и старейшины обвиняли Спасителя, Он ничего не отвечал. Пилат сказал Ему: "Ты ничего не отвечаешь? Видишь, как много против Тебя обвинений". Но и на это Спаситель ничего не ответил, так что Пилат дивился. После этого Пилат вошел в преторию и, призвав Иисуса, снова спросил Его: "Ты Царь Иудейский?" Иисус Христос сказал ему: "От себя ли ты говоришь это, или другие сказали тебе о Мне?" (т. е. сам ли ты так думаешь или нет?) "Разве я иудей?" - ответил Пилат, - "Твой народ и первосвященники предали Тебя мне; что Ты сделал?" Иисус Христос сказал: "Царство Мое не от мира сего; если бы от мира сего было царство Мое, то служители (подданные) Мои подвизались бы за Меня, чтобы Я не был предан иудеям; но ныне царство Мое не отсюда". "Итак Ты Царь?" - спросил Пилат. Иисус Христос ответил: "Ты говоришь, что Я Царь. Я на то и родился и на то пришел в мир, чтобы свидетельствовать об истине; всякий, кто от истины, слушает Моего голоса". Из этих слов Пилат увидел, что перед ним стоит проповедник истины, учитель народа, а не возмутитель против власти Римлян». А в романе Иешуа ведёт себя ничтожно и выглядит совершенно беззащитно и,как пишет сам Булгаков, «глаза его обессмыслились» и «всем существом выражая готовность отвечать толково, не вызывать более гнева». Также важен вот ещё какой момент. «Когда привели Иисуса Христа на Голгофу, то воины подали ему пить кислого вина, смешанного с горькими веществами, чтобы облегчить страдания. Но Господь, попробовав, не захотел его пить. Он не хотел употреблять никакого средства для облегчения страдания. Эти страдания Он принял на Себя добровольно за грехи людей; потому и желал перенести их до конца,» - именно так это описано в Законе Божием. А в романе Иешуа опять показывает себя слабовольным: « «Пей, » - сказал палач, и пропитанная водою губка на конце копья поднялась к губам Иешуа. Радость сверкнула у того в глазах, он прильнул к губке и с жадностью начал впитывать влагу…».
На суде над Иисусом, описанном в Божием Законе, понятно, что первосвященники сговорились осудить Иисуса на смерть. Они не могли привести в исполнение свой приговор, так как не было вины в действия и словах со стороны Иисуса. Потому члены Синедриона нашли лжесвидетелей, которые дали показания против Иисуса: «Мы слышали, как Он говорил: Я разрушу храм сей рукотворный, и через три дня воздвигну другой, нерукотворный»(Закон Божий).А Булгаков пытается сделать из своего героя пророка на суде у Пилата. Иешуа говорит: «Я, игемон, говорил, что рухнет храм старой веры и создастся новый храм истины…»
Существенным отличием булгаковского героя от Иисуса Христа является и то, что Иисус не избегает конфликтов. «Суть и тон его речей, - считает С.С.Аверинцев, - исключительны: слушающий должен либо уверовать, либо стать врагом… Отсюда неизбежность трагического конца». А Иешуа Га-Ноцри? Его слова и поступки совершенно лишены агрессивности. Кредо его жизни заключается в таких словах: «Правду говорить легко и приятно». Правда для него заключается в том, что злых людей не бывает, есть несчастные. Он - человек, проповедующий Любовь, в то время как Иисус - Мессия, утверждающий Истину. Уточню: нетерпимость Христа проявляется лишь в вопросах веры. В отношениях же между людьми Он учит: «… не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую» (Евангелие от Матфея 5, 39).
Апостол Павел так уточняет эти слова: «Не будь побежден злом, но побеждай зло добром», то есть борись со злом, но при этом не приумножай его сам. В романе «Мастер и Маргарита» Булгаков дает нам свое толкование заповеди Иисуса Христа. Можем ли мы сказать, что слова апостола Павла применимы к Иешуа Га-Ноцри, булгаковскому Христу? Безусловно, потому что на протяжении всей своей жизни он ни на шаг не отступает от своего добра. Оно уязвимо, но не презираемо, возможно, и оттого, что трудно презирать тех, кто не зная тебя, верит в твою доброту, расположен к тебе, независимо ни от чего. Мы не можем упрекнуть его в бездействии: он ищет встреч с людьми, готов говорить с каждым. Но он совершенно беззащитен перед жестокостью, цинизмом, предательством, потому что сам абсолютно добр.
И тем не менее неконфликтного Иешуа Га-Ноцри ожидает та же участь, что и «конфликтного» Иисуса Христа. Почему? Не исключено, что здесь М. Булгаков подсказывает нам: распятие Христа - вовсе не следствие Его нетерпимости, как можно предположить, читая Евангелие. Дело в другом, более существенном. Если не касаться религиозной стороны вопроса, причина гибели героя «Мастера и Маргариты», как и его прообраза заключается в их отношении к власти, а точнее, к тому жизненному укладу, который эта власть олицетворяет и поддерживает.
Общеизвестно, что Христос решительно разделял «кесарево» и «богово». Тем не менее именно земная власть, светская (наместник Рима) и церковная (Синедрион), приговаривают его к смерти за земные преступления: Пилат осуждает Христа как государственного преступника, якобы претендующего на царский престол, хотя сам в этом сомневается; Синедрион - как лжепророка, богохульно называющего себя Сыном Божиим, хотя, как уточняет Евангелие, на самом деле первосвященники желали ему смерти «из зависти» (Евангелие от Матфея 27, 18).
Иешуа Га-Ноцри не претендует на власть. Правда, он оценивает ее прилюдно как «насилие над людьми» и даже уверен, что когда-нибудь ее, власти, может и не быть вовсе. Но такая оценка сама по себе не так уж опасна: когда еще это будет, чтоб люди могли совсем обходиться без насилия? Тем не менее именно слова о «невечности» существующей власти становятся формальным поводом гибели Иешуа (как и в случае с Иисусом Христом).
Истинная же причина гибели Иисуса и Иешуа в том, что они внутренне свободны и живут по законам любви к людям - законам, не свойственным и невозможным для власти, причем не римской или какой-то другой, а власти вообще. В романе М. А. Булгакова Иешуа Га-Ноцри и в Законе Божьем Иисус - не просто свободные люди. Они излучают свободу, самостоятельны в своих суждениях, искренны в выражении своих чувств так, как не может быть искренен абсолютно чистый и добрый человек.