Русский исследователь Ерофей Хабаров. Что открыл этот землепроходец? Русский землепроходец ерофей павлович хабаров
Содержание статьи
Ерофей Павлович Хабаров остался в истории как один из первых исследователей Приамурья.
Он пришел в эти земли следом за Василием Поярковым, чтобы «послужить государеву делу» и принести «прибыль великую» русскому царю.
Слухи о богатствах «Даурской землицы» дошли до Хабарова в то время, когда он, обосновавшись в устье реки Киренги, успешно торговал солью, одновременно занимаясь хлебопашеством и очень выгодным пушным промыслом.
Благополучие Хабарова на устье Киренги продолжалось недолго - якутский воевода наложил руку и на это его хозяйство. За отказ ссужать деньгами воеводскую казну Хабарова в 1643 году бросили в якутскую тюрьму, где подвергали жестоким пыткам. В тюрьме Хабаров просидел около двух с половиной лет - выпустили его во второй половине 1645 года.
После выхода на свободу Хабаров вместе с братом и племянником с еще большей энергией и настойчивостью принялся за восстановление разоренного киренгского хозяйства. Устье Киренги снова ожило, хозяйство расширилось, у Хабарова появился приказчик, ведавший хозяйством, наймом работников и постройкой мельницы.
Ерофей Хабаров прожил в новой заимке до 1649 года, когда внимание его привлекло другое, более важное, как ему казалось, дело - открытие Приамурья Василием Поярковым и его людьми. Легендарные слухи о несметных богатствах этого края пробудили огромный интерес среди землепроходцев. К тому же возможность новых преследований со стороны якутских воевод заставляла Хабарова и его ближайших товарищей задуматься над своей дальнейшей деятельностью в якутской земле.
Эти обстоятельства привели к окончанию 17летнего периода жизни Хабарова на Лене. Мирная жизнь хлебопашца сменилась беспокойной, опасной жизнью походного атамана.
В XVII веке Даурией называли страну, расположенную в верхнем и среднем течении Амура. Основным населением этого края были дауры, которые жили по Амуру, от слияния Шилки с Аргунью до нижнего течения реки Сунгари включительно. Далее, вниз по Амуру, до устья реки Дондон, а также по Уссури жили дючеры. По нижнему течению Амура - натки (ачаны) и гиляки (нивхи).
Основным занятием дауров и дючеров являлось земледелие - сеяли пшеницу, рожь, овес, ячмень, гречиху, просо, коноплю и горох. Из хлеба умели курить вино, из конопли - жать масло и выделывать ткани и веревки. Сравнительно высоко было развито огородничество: возделывались арбузы, дыни, бобы, чеснок, огурцы, мак и табак. В садах росли груши и яблони. Большое место в хозяйстве дауров и дючеров занимало скотоводство, разводили лошадей, крупный рогатый скот, баранов, свиней и кур. Население Приамурья знало охоту и рыболовство.
Жили дауры и дючеры родовыми группами - «улусами», как называли их русские. Улусы возглавляли князьки. Каждый улус имел укрепленный центр городок, обнесенный стеной с башнями и окруженный рвом и валом. Некоторые городки имели по две стены, пространство между которыми заполнялось землей, с «подлазами» - подземными ходами. Внутри крепостей располагались деревянные на каменном фундаменте дома. Население улусов находилось в постоянных экономических сношениях с Китаем: ежегодно китайские купцы привозили камки, кумачи, металлические изделия и другие товары и меняли их на пушнину. Натки и гиляки - «непашенные» народы - занимались рыболовством и охотой. Из домашних животных держали одних собак, которых использовали для езды. Китайцы называли натков и гиляков «жителями северных стран, одевающимися в рыбью кожу» потому, что одежда их изготовлялась из рыбьих кож.
Впервые о Приамурье сообщили русским тунгусы, кочевавшие в верховьях рек Витима, Олекмы и Алдана. В 1637 году томские казаки, собирая ясак с алданских тунгусов, узнали о племенах, живущих по рекам Зее и Шилкару (Шилке).
Более подробные сведения были получены енисейскими казаками во время похода во главе с Максимом Перфильевым в верховья Витима в 1639 году. Возвращаясь в Енисейский острог, они 27 июля 1640 года на реке Тунгуске встретили якутских воевод П. Головина и М. Глебова и сообщили им важные подробности о племенах, обитавших «по Шилке на границе Китайского государства».
В 1641 году П. Головин направил письменного голову Еналея Бахтеярова с 51 служилым человеком «на Витим реку для ясачного сбору и прииску новых землиц, и серебряной руды и медной и свинцовой, и хлебной пашни».
Однако открыть реку Амур и плавать по ней пришлось не Еналею Бахтеярову, а Василию Пояркову в 1643-1646 годах.
Экспедиция Василия Пояркова имела огромное значение. Удалые землепроходцы, проплыв по Амуру почти от верховьев до устья, своими глазами увидели этот заветный край и проверили достоверность рассказов тунгусов о богатствах Даурии. Перед ними действительно предстал совершенно другой край, по сравнению с тем, что они привыкли видеть в Сибири. По берегам Зеи, Амура часто встречались городки, вспаханные поля, сады, табуны лошадей, стада коров. Местные жители подтвердили изобилие пушных зверей - стоит туземцу день поохотиться, как он приносят десять и больше соболей. Василий Поярков удостоверился, что у дауров и дючеров имеются всевозможные металлические, серебряные изделия, дорогие камни, кумачи... но оказалось, что они не местного, как говорили тунгусы, а китайского происхождения. Поход Василия Пояркова подтвердил слухи о богатствах Даурии.
Тем временем был открыт более короткий путь на Амур, чем тот, по которому прошел отряд Пояркова. Разведали его в 1645-1648 годах якутские служилые и промышленные люди, обосновавшиеся в бассейне реки Тунгира. Проходил этот путь по реке Олекме и ее притоку Тунгиру, затем волоком через хребет к верховьям рек Урки и Амазара и по ним к Амуру.
В 1649 г. Ерофей Хабаров обратился к якутскому воеводе с челобитной, в которой писал, что знает на Амур более короткий и верный путь, чем тот, которым ходили раньше, просил дать ему 150 человек и брался снарядить их за свой счет. Вскоре пришел ответ «наказ» воеводы Францбекова: «...велели ему, Ерофейке, идти и с ним охочим, служилым и промышленным людям ста пятидесяти человекам, или сколько может прибрать, которые похотят без государева жалования идти, по Олекме и по Тунгирю рекам...». В походе предписывалось действовать мирными средствами.
Собрав отряд в 70 человек, Хабаров выступал с ним из Илимского острога в конце марта 1649 г. Путь был долгим и нелегким. Почти год добирались до р.Урка, впадающей в Амур (в наши дни на берегу этой речки расположена крупная железнодорожная станция Ерофей Павлович). С этих мест начиналась Даурская земля владения князя Лавкая. Дальше, вниз по Амуру, располагались улусы других даурских князьков. Лавкаев городок, построенный на реке Урке, вызвал восторженные отзывы, но в то же время и настороженность. Обширные и светлые дома с большими окнами находились за крепостной стекой с башнями, подземными ходами и тайниками, ведущими к воде. В многочисленных ямах хранились большие запасы хлеба. Но, к удивлению прибывших, городок оказался покинутым жителями. Безлюдными были и другие на пути Хабарова городки: оказалось, что князьки, получив сведения о походе против них якобы многочисленного русского войска, покинули свои улусы вместе с подчиненным им населением. Ерофей Хабаров попытался вести с Лавкаем переговоры, говоря, что он прибыл с мирными целями - для сбора ясака и ведения торговли, однако Лавкай оказался несговорчивым и ускакал обратно. В погоне за ним Хабаров с отрядом через день добрался до четвертого, тоже оставленного жителями городка. В надежде найти населенные места отряд продолжал путь дальше, и на следующий день достиг пятого городка, на берегу Амура. В нем оказалась только одна старуха. При допросе она подтвердила все сказанное Лавкаем о бегстве населения улусов. Кроме того, старуха много рассказала про «Богдойскую», то есть Китайскую страну, про ее изобильные богатства и города.
Проведав Даурскую землю и собрав сведения о ней, Ерофей Хабаров убедился, что с небольшими силами подчинить многолюдную страну невозможно. Он возвратился в первый лавкаев городок и, оставив здесь свой отряд, приблизительно в апреле уехал в Якутск, куда прибыл 26 мая 1650 года.
Ерофей Хабаров привез чертеж лавкаевой земли, который якутские воеводы сразу же отправили в Москву. Чертеж Хабарова был той «картой» Даурской земли, которая впоследствии служила одним из главнейших источников при составлении карт Сибири 1667 и 1672 годов, использованных Витсеном (голландским географом) для карты Сибири 1688 года. Таким образом, чертеж Хабарова еще в XVII веке стал достоянием не только русской, но и западноевропейской науки.
Чертеж и сведения о Даурской земле тут же были отправлены в Москву. Якутский воевода писал: «... тебе, государю, будет прибыль большая, и в Якутский острог... хлеба присылать будет не надобно, ибо, Даурская земля будет прибыльнее Лены... и против всей Сибири место в том украшено и изобильно».
Однако ни Дмитрий Францбеков, ни Ерофей Хабаров не стали ждать ответа из Москвы, который можно было получить при тогдашних условиях связи лишь через дватри года. Хабаров сразу же по приезде объявил новый набор охотников в даурский поход. Ерофей Хабаров, облеченный званием «приказного человека Амурской земли» и снабженный наказной памятью, пробыл в Якутском остроге недолго. С вновь набранными людьми он в первой половине июля 1650 года покинул Якутск и осенью того же года прибыл на Амур. Товарищей, оставленных в лавкаевом городке, он нашел под стенами Албазина - городка князька Албазы, зятя Шилгинея, - стоявшего на берегу Амура значительно ниже устья Урки. Пришли они сюда, когда кончился хлеб в ямах лавкаева городка, в надежде найти продовольствие и поймать новых аманатов, и жили в острожке, поставленном после неудачной попытки взять штурмом хорошо укрепленную крепость дауров.
Прибытие Хабарова с новыми силами вызвало панику среди жителей Албазина, и они без каких либо попыток: сопротивления оставили городок и убежали. В городке хабаровцы нашли много продовольствия, в том числе хлеба. Здесь они прожили до лета 1651 года.
Захватив Албазин и укрепив его, Ерофей Хабаров с большей частью казаков двинулся вниз по Амуру. На десятый день пути встретили многочисленное даурское войско. Завязался бой, и дауры снова отступили. Зимовать отряд Хабарова вернулся в Албазин. В Якутск был отправлен богатый ясак: одних соболей 166 штук. Зима прошла в подготовке к новому дальнему походу по Амуру.
Как только окончился ледоход, казачьи струги вновь двинулись вниз по Амуру. Все лето и осень прошли в плавании, обследовании побережья и столкновениях с даурскими князьками. Ниже устья Уссури казаки встретили новый народ: землю они не пахали, скота не разводили, занимались только рыболовством. В земле ачан, как назвал их Хабаров, решили зазимовать. На правом берегу Амура, на мысе Джарри (в 3 км от нынешнего с.Троицкого) вырос укрепленный острожек. Здесь провели зиму 1651-1652 гг., собирали ясак с окрестных жителей и жили относительно спокойно до весны 1652 г.
В марте к стенам острожка подступило довольно большое войско маньчжур. Маньчжурские феодалы пытались отстоять территорию своего влияния от слишком активных русских. Но, как и прежде, продолжительный и тяжелый бой принес победу не им. Это столкновение закончилось полным поражением маньчжур. Много их было убито, уцелевшие спаслись бегством, побросав пушки, пищали и знамена. Однако, несмотря на благоприятный исход боя, Хабаров, предвидя возможность повторного появления маньчжур, 22 апреля решил плыть вверх по Амуру.
При входе в Хинганское ущелье Хабаров встретил отряд казаков, возвращавшихся из Якутска. В устье Зеи Хабаров выбрал место для будущей резиденции русских властей на Амуре. Здесь часть казаков, давно выражавших свое недовольство Хабаровым, взбунтовалась и захватив несколько судов, ушла вниз по Амуру, решив служить государю отдельно. Здесь, в гиляцкой земле, они поставили острог с башнями, захватили аманатов и начали сбор ясака. Но все это продолжалось недолго. 30 сентября под стенами острога появился Ерофей Хабаров с оставшимися под его властью 212 человеками; мятежный острог после осады был взят в середине октября и сожжен, а бунтовщики жестоко наказаны.
Третью зиму на Амуре - зиму 1652/53 года - Хабаров провел здесь же, в низовьях реки. Попытки собирать ясак с гиляков не увенчались успехом, и в мае Ерофей Хабаров со своей партией поплыл вверх по Амуру.
В августе 1653 года на Амур прибыл московский дворянин Дмитрий Иванович Зиновьев с царским указом приготовить все необходимое для войска, которое предполагалось отправить в Даурию под начальством князя И. Лобанова-Ростовского, и «всю даурскую землю досмотреть и его, Хабарова, ведать». Недовольные Хабаровым казаки и охочие люди подали Зиновьеву челобитную на Ерофея Хабарова, обвиняя его в притеснениях, в нерадении государеву делу, в курении и продаже вина и пива. Зиновьев, получив жалобу и кое кого опросив, отстранил Хабарова и повез его в Москву. Так закончилась служба Ерофея Хабарова на Амуре в качестве предводителя экспедиции.
Ерофей Хабаров, основную задачу своей экспедиции видевший в присоединении Даурии к русскому государству, одновременно сделал ряд попыток распространения русского земледелия на Амуре. Он всячески склонял якутских воевод к организации перевода крестьян по указу для заведения пашни. В 1650 году он даже привез Дмитрию Францбекову образцы даурских хлебов. И когда это ни к чему не привело, он сам решил взяться за дело. Во время своего пребывания в 1650 году в Якутске Хабаров получил от казны в порядке ссуды сельскохозяйственный инвентарь и сговорил с собой в Даурию 20 крестьян. Крестьяне эти с инвентарем, продовольствием и семенами были им оставлены в районе Тунгирского острожка для производства опытных посевов. Однако здешние места оказались «каменными» и крестьяне были переведены в район Албазина, где зимовал Хабаров. Попытка заселения ими района устья реки Урки, покинутого соплеменниками князца Лавкая, также оказалась неудачной: охотников не нашлось, и Хабаров посадил на пашню только четырех своих кабальных людей, Так Ерофей Хабаров сделал первую попытку заведения на Амуре русского земледелия.
Русские люди оставались на Амуре еще пять лет. Подавляющее большинство из них погибло в многочисленных столкновениях с. превосходящими маньчжурскими войсками, правители которых пытались обосноваться в наиболее важных стратегических пунктах Приамурья. Осенью 1658 года уцелевшие люди с грудой добрались до Нерчинска и Илимского острога. Так закончилась первая попытка освоения русскими Приамурья.
Хабаров вместо государева жалованья, на получение которого он надеялся, попал в опалу; везли его в Москву как арестанта. Дмитрий Зиновьев в пути притеснял его всячески - бил и наносил оскорбления, отобрал все пожитки, которые вез Хабаров в Москву. Больше того, из съезжей избы Якутского острога была взята долговая расписка Хабарова за взятое снаряжение. Ерофей Павлович стал государевым должником на многие годы.
В 1655 г., посетив Москву, Е.Хабаров подал челобитную царю Алексею Михайловичу, в которой подробно перечислял свои заслуги в освоении сибирских и даурских земель.
Царь просьбу бывалого сибиряка уважил лишь частично: денежного жалованья дано не было, но за многолетнюю службу челобитчика возвысили в чине: он получил звание сына боярского.
Вступив по царскому пожалованию в служивое сословие, Хабаров - бывший торговый человек и землепроходец - должен был снова возвратиться на Лену, в Илимский уезд, и работать приказным человеком приленских крестьянских деревень от устья Куты до Чечуя.
Есть сведения, что Ерофей Хабаров выехал в Илимский уезд в 1658 году. Если это соответствует действительности, то остается неизвестным, где он провел время с конца 1655 года, в Москве или в своем родном уезде.
Много пережил на своем веку Хабаров. Когда он осваивал новые земли в ленском крае, - его притеснял воевода Петр Головин. Амурская экспедиция принесла новое разочарование: вместо похвал и жалованья - побои, оскорбления. Хабаров добыл в царскую казну немалый ясак с даурских племен, ознакомил с новым богатым краем не только Россию, но и Европу. Тем не менее, на нем висели огромные долги за «государевы товары, за ссуду, за судовые снасти, за холсты и за сукна, за пушки», взятые им в Якутском остроге для даурского похода. Тяжелым бременем легли эти долги на плечи Ерофея Хабарова. Шутка ли, с него требовали четыре тысячи восемьсот пятьдесят рублей серебром. Сразу полностью расплатиться с долгами было нечем.
В 1660 году за даурские долги Хабаров был арестовал Хабарова и направлен в Якутский острог. Хабаров упросил Голенищева-Кутузова отпустить его в Илимский острог для нахождения за себя поручителей - лиц, которые добровольно взяли бы на себя обязательство нести любую ответственность за своевременную уплату им казенных долгов. Просьба была уважена - Хабарова в сопровождении якутской стражи отпустили в Илимский острог.
Прибыв в Илимск, Хабаров легко нашел поручителей, и был отпущен на волю. Остается неизвестным, сумел ли он вообще расплатиться с долгами.
Ерофей Павлович Хабаров прожил в Усть-Киренге еще несколько лет, занимаясь наряду с исполнением служебных обязанностей хлебопашеством. Одновременно старый и опытный предприниматель занимался и промыслами, отпуская в тайгу покручеников. Сравнительно большое хозяйство, основанное на земледелии и промыслах, давало значительный доход. Ерофей Хабаров снова почувствовал силу и стал строить всевозможные планы на будущее.
Как раз в это время в Даурии развертывались новые события. Дело в том, что весть о ее богатствах остатки хабаровских отрядов разнесли по многим уездам. Их рассказы вызвали почти всеобщее внимание, и люди в одиночку и небольшими партиями снова двинулись на Амур. Среди них были люди «всяких чинов»: беглые казаки, вольные промышленники, «воровские» крестьяне и гулящие люди. И именно они,- разными путями и в разное время попадавшие в Даурию, положили начало заселению ее в 1660-1680 годах.
Удачное начало вторичного заселения русскими Приамурья и хорошие урожаи хлебов усилили тягу на Амур: туда потянулись «своими подъемы» вольные переселенцы. Эти события, нашедшие живой отклик и в Якутском и Илимском уездах, побудили Ерофея Хабарова решиться покинуть насиженное место и снова проситься в Приамурье. Подарив свою Киренгскую заимку усть-киренгскому Троицкому монастырю, основанному в 1663 году, он отправился в Тобольск. Прибыл сюда Хабаров в конце 1667 года и подал челобитную воеводе. Человек на склоне лет просил отпустить его в Даурию «для городовых и острожных поставок и для поселения и хлебные пахоты». Однако эта просьба, к великому огорчению Ерофея Хабарова, не была удовлетворена.
Не осуществились новые планы Хабарова, и он снова вернулся на Лену. Дальнейшая жизнь его пака остается неизвестной. Мы знаем только, что умер он на Лене и что у него остался сын Андрей, который был сперва сыном боярским, а затем - посадским человеком.
Походы Хабарова на Амур положили начало включению приамурских земель в состав России. Сегодня в память землепроходца стоит на Амуре город его имени - Хабаровск.
Одним из самых знаменитых исследователей северных русских земель является Ерофей Хабаров. Благодаря его стараниям было открыто немало новых территорий, которые в дальнейшем стали использоваться в хозяйственных целях.
Краткая биография
Родиной знаменитого исследователя был Великий Устюг, а вот точная дата его рождения неизвестна, предположительно - 1603 год. В юные годы вместе со старшими братьями он занимался пушным промыслом, солеварением.
В 1641 году Хабаров обосновался в устье реки Киренга, где построил мельницу и начал выращивать хлеб. Зажиточная жизнь Хабарова не давала покоя местному воеводе - Петру Головину, который постоянно увеличивал ему налоги. В итоге его жадность настолько возросла, что он отобрал у Хабарова мельницу и все его хозяйство, а самого землевладельца отправил за решетку. Из острога Хабаров освободился лишь в 1645 году.

Рис. 1. Ерофей Хабаров.
Спустя три года на место старого воеводы пришел Дмитрий Францбеков. К тому времени Ерофею стало известно о богатствах даурских территорий, и он попросил нового воеводу сформировать отряд для завоевательного похода. Воевода согласился, и помог Хабарову снарядить экспедицию: снабдил необходимым количеством продовольствия, оружием, а также выделил деньги под проценты.
Даурские походы
В 1649 году Хабаров возглавил отряд численностью в 70 человек и отправился в поход. Его маршрут пролегал вверх по рекам Лена и Олекма, и далее по Амуру, до даурского поселения Албазино.
ТОП-4 статьи которые читают вместе с этой
Год спустя Ерофей вернулся в Якутск с отчетом о проделанной работе. Взяв с собой подмогу, он вновь вернулся к Албазино и захватил поселение, после чего продолжил сплав по Амуру.
За время экспедиции Хабарову удалось:
- покорить многочисленные дючерские и даурские племена;
- захватить большие стада скота;
- заставить коренное приамурское население принять русское подданство и выплачивать дань русскому правителю;
- собрать много полезной информации о народах, проживавших возле Амура.

Рис. 2. Даурские племена.
Самым важным результатом работы Ерофея Хабарова стал его знаменитый «Чертеж реки Амур» – детальный план территории Даурии, который был отправлен путешественником в Москву. Позже он стал первой картой Приамурья образца 17 века.
Продолжая покорять новые племена, Хабаров со своим отрядом достиг устья Буреи, где остался на зимовку в Ачанском острожке. Там на него напала двухтысячный отряд маньчжурских воинов. Хабарову удалось отбиться, и отправиться вверх по Амуру. Он планировал укрепить свой отряд и продолжить покорение Приамурья. Однако его планы изменились, когда он узнал, что маньчжурам удалось собрать против него шеститысячное войско.
Разбирательство в Москве
Летом 1653 года на Амур прибыл царский посланник Дмитрий Зиновьев. В его задачи входил контроль над всей даурской землей. На месте он получил много жалоб на Хабарова от служилых людей, которые уверяли, что тот плохо обращался с местным населением, был особенно жесток с казаками своего отряда, но самое главное - значительно приукрасил богатства Даурии и Маньчжурии, чтобы тем самым побудить царя на завоевание новых территорий.
Зиновьев немедленно отреагировал на эти жалобы: Хабаров был отстранен от управления отрядом и арестован, все его имущество было описано и конфисковано, а сама он направлен в Москву.
В столице прошли разбирательства по делу Хабарова, в которых предводитель казаков был полностью оправдан, с полным возвратом его имущества.
Царь Алексей Михайлович, пораженный открытиями и многочисленными заслугами Хабарова, пожаловал ему чин «сына боярского» и направил его в Сибирь в качестве управляющего несколькими поселениями.
Спустя время на территории Дальнего Востока был создан крупный краевой город, который получил название в честь знаменитого исследователя - Хабаровск.
Русский предприниматель и путешественник, исследователь Дальнего Востока. В 1649-1652 годах совершил экспедицию вдоль Амура и составил «Чертеж реке Амуру» - первую европейскую карту региона.
Действия Хабарова во время экспедиции вызывают споры среди исследователей. По мнению некоторых исследователей жестокость Хабарова по отношению к местному населению существенно осложнила дальнейшую колонизацию Приамурья.
Биография
Точные дата и место рождения Хабарова неизвестны. По одним данным он родился неподалеку от Великого Устюга, по другим - был уроженцем Сольвычегодского уезда. В качестве предполагаемого места рождения называют села Дмитриево, Курцево и деревню Святица, ныне расположенные в Нюксенском и Котласском районах Вологодской области.
Основную часть жизни Хабаров провел в Сибири, куда он впервые попал не позднее 1626 года вместе со своими братьями Ярко и Никифором. Сначала они отправились в Соликамск, оттуда перебравшись в Верхотурье и Тобольск, где примкнули к каравану, отправлявшемуся в Мангазею. Около 1629 года Ерофей вместе с братом Никифором отправились в Хетское зимовье. Здесь Ерофей становится целовальником в таможенной избе, ответственным за сбор десятинной пошлины с торговых и промышленных людей. Никифор в то же время вместе с нанятыми людьми отправляется на добычу соболей.
В 1630 году Ерофей Хабаров возвращается в Мангазею. Здесь он становится свидетелем конфликта между двумя городскими воеводами, старшим - Григорием Кокаревым и младшим - Андреем Палицыным. Хабаров примкнул к сторонникам Палицына и по некоторым данным даже стал одним из инициаторов выступления против Кокарева, которое весной 1631 года вылилось в вооруженное столкновение между сторонниками воевод. Сам Хабаров, однако, не принял в нем участия, так как зимой 1630-1631 годов отправился в Москву с челобитной на имя царя, в которой описывались прегрешения Кокарева.
В 1633 году, после завершения конфликта с Кокаревым, приведшего в итоге к запустению Мангазеи, в Москву прибыл воевода Палицын. Он представил правительству план по освоению бассейна реки Лены. По некоторым версиям, именно соображения Палицына вдохновили Хабарова на новую поездку в Сибирь. Дата отъезда Хабарова точно не определена, по одним данным он прибыл на Лену в 1632 году, по другим - в 1638-м. Вместе с братом Никифором его также сопровождал племянник Артемий Петриловский. В Сибири братья, наняв 27 рабочих, стали заниматься добычей пушнины, однако вскоре из-за наплыва промышленных людей Ерофей принял решение сменить сферу деятельности.
В 1630-х он основывает вблизи Усть-Кутского острога несколько солеварен. Дело оказывается успешным, к 1639 году Хабаров начинает снабжать солью не только близлежащие поселения, но и Якутск. Параллельно с этим Хабаров основывает также соболиный и рыбный промысел, начинает заниматься земледелием. Кроме этого, он занялся продажей товаров, которые из Европейской части России привозил Никифор Хабаров. По некоторым данным Ерофей также занимался контрабандой, отправляя меха за Урал в обход таможенных застав, чтобы не платить пошлин.
Коммерческие успехи Ерофея Хабарова вскоре привлекли к нему внимание властей. Якутские воеводы Головин и Глебов заняли у промышленника в казну 300 пудов хлеба, а затем конфисковали соляной промысел и пашню.
После этого в 1641 году Хабаров перебирается на устье реки Киренги, где основывает мельницу, однако в 1643 году после очередного конфликта с Головиным ее конфисковывают, а самого Хабарова заключают в тюрьму в Якутском остроге, где он провел два года.
Экспедиции в Приамурье до Хабарова
Выйдя на свободу, Хабаров продолжил заниматься предпринимательством, а также начал интересоваться освоением Амурских земель. По некоторым данным он был лично знаком с казацким атаманом Максимом Перфильевым, организовавшим в 1638 (по другой версии - 1636) году поход в Даурские земли. В ходе экспедиции ему удалось собрать информацию о путях на реку Шилку и Амур. В 1640 году по маршруту Перфильева прошел Еналей Бахтияров, которому было поручено найти «проход в Китайское государство». Несмотря на то, что ему удалось продвинуться существенно дальше Перфильева, добраться до Шилки экспедиция так и не смогла.
Тем не менее информация, добытая Бахтияровым, вызвала существенный интерес в Якутске и привела к организации в 1643 году масштабной экспедиции . В его отряд вошли 133 человека с пищалями и пушкой со 100 ядрами. 16 июля экспедиция выдвинулась из Якутска, чтобы затем через реку Алдан и ее приток Гонам выйти к Амуру. С самого начала экспедиция столкнулась с трудностями: на Алдане судам пришлось плыть против течения, затем волоком преодолевать пороги на Гонаме, кроме этого в пути перевернулось судно с боеприпасами. В результате Поярков принял решение оставить часть отряда на зимовье, а самому с 90 людьми налегке отправиться к Амуру сушей. Зимой 1643-1644 годов Поярков сумел приблизиться к Амуру, однако здесь у него произошел конфликт с местным населением - даурами. Дауры осадили отряд Пояркова в срубленном им небольшом остроге. Несмотря на численный перевес, они не смогли добиться военного успеха, однако вынудили людей Пояркова прибегнуть к каннибализму - из-за недостатка пищи они съели тела погибших в боях дауров, что сильно осложнило дальнейшие контакты с местным населением.
В 1644 году, соединившись с пришедшими с гонамского зимовья членами экспедиции, Поярков начал сплав вниз по Амуру. Дауры по-прежнему проявляли враждебность к экспедиции, не давая судам приблизиться к берегу, кроме того, в ходе путешествия произошел конфликт с еще одним местным народом, дючерами, которые истребили разведывательный отряд из 20 казаков. Более доброжелательно к путешественникам отнеслись проживающие близи устья Амура дючеры, Пояркову даже удалось собрать с них ясак. После очередной сложной зимовки, он принял решение возвращаться в Якутск через Охотское море, однако добраться туда ему удалось только в 1646 году.
Амурский поход Хабарова
Несмотря на достаточно скромные итоги, экспедиция Пояркова вызвала всплеск интереса к открытым землям. Хабаров выступил с инициативой новой экспедиции на Амур, однако реализовать свою идею он смог только в 1649 году, после того как Петра Головина сменил на посту якутского воеводы Дмитрий Францбеков.
В отряд Хабарова первоначально вошли 70 человек, которым Францибеков согласился предоставить оружие в долг. Отряду удалось через реку Олёкму добраться до укрепленного городка даурского князька Албазы. Осенью 1650 года после прибытия из Якутска подкрепления, за которым отправился сам Хабаров, отряду удалось взять город. После этого отряд Хабарова отправился вниз по Амуру, приводя в покорность местное население. В это время им был составлен «Чертеж реке Амуру» - первая русская и европейская карта Приамурья. Преодолев более полтора тысяч километров, в конце 1651 года Хабаров принял решение остаться на зимовье в землях ачанов, вблизи современного Комсомольска-на Амуре.
Бой у Ачанского острога
В октябре 1651 года зимовье подверглось нападению объединенного отряда ачанов и дючеров численностью около 800 человек. Атака была отбита, после чего было принято решение укрепиться на зимовье, в результате на его месте появился Ачанский острог. В марте 1652 года к острогу подступило войско маньчжуров, к которым за помощью обратились ачаны и дючеры. Маньчжурский отряд насчитывал 600 воинов, вооруженных холодным оружием, кроме того, в их распоряжении имелось 6 легких пушек и около 30 пищалей. Позднее к маньчжурам присоединились еще около полутора тысяч ачанов и дючеров. Гарнизон же острога насчитывал около 200 человек.
Нападение оказалось внезапным для защитников крепости, некоторым казакам, ночевавшим за ее пределами, пришлось спешно забираться внутрь, перелезая через стены острога. В течение дня продолжалась перестрелка, вечером осаждавшие вплотную приблизились к стенам крепости, рассчитывая ворваться внутрь через образовавшийся после артподготовки пролом. Защитникам острога удалось разгадать их замысел, атака маньчжуров была встречена плотным ружейно-пушечным огнем и захлебнулась. После отступления противника Хабаров организовал вылазку, в которой приняли участие три четверти гарнизона крепости. В ходе рукопашной схватки казакам удалось обратить маньчжуров в бегство, захватив вражеские знамена, вооружение и фураж.
Бунт Степана Полякова и суд в Москве
Несмотря на победу в сражении, Хабаров, опасаясь подхода более крупных сил, принял решение отплыть вверх по Амуру. Здесь он встретил отряд Третьяка Чечигина, возвращавшегося из Якутска с грузом пороха и свинца. Выяснилось, что Чечигин послал вперед небольшой разведывательный отряд под руководством Ивана Нагибы, который разминулся с Хабаровым. Казаки собрались отправиться на поиски пропавших товарищей, однако Хабаров принял решение отправиться дальше вверх по течению реки. Это решение стало «последней каплей» для казаков, многие из которых были недовольны своим предводителем. В начале августа 113 казаков и служилых людей под предводительством Степана Полякова отказались подчиняться Хабарову и покинули отряд, отплыв вниз по Амуру в земли гиляков.
Здесь бунтовщики построили свой острог и занялись подчинением местных племен. Однако 30 сентября к ним прибыл Хабаров с отрядом, велев строить зимовку поблизости. Отряд Хабарова взял поселение в осаду, начав обстреливать из пушек. После того как 12 бунтовщиков, пойманные за стенами острога, были убиты, Поляков принял решение сдаться Хабарову под гарантии неприкосновенности с его стороны. Несмотря на обещания, Хабаров подверг бунтовщиков телесным наказаниям, а руководителей бунта, в том числе Полякова, посадил под арест. В феврале 1653 года острог по его приказу был сожжен.
В августе 1653 года на Амур прибыл московский посланник Дмитрий Зиновьев, которому царь поручил провести инспекцию Приамурья. Помимо основной своей задачи Зиновьеву пришлось разбираться в случившемся конфликте. Показания сторон кардинальным образом отличались друг от друга. Хабаров в своих «отписках», посланных в Якутск еще в 1652 году, обвинял Полякова в воровстве царской казны, а также пушек и боеприпасов, выданных казакам. По словам Хабарова, бунтовщики также отговаривали дауров возить ему ясак, и в целом чинили всяческие препятствия в освоении Приамурья. Среди прочего Хабаров утверждал также, что из-за бунта ему пришлось задержать на Амуре посольство, посланное из Якутска в Китай.
В свою очередь бунтовщики подали Зиновьеву несколько челобитных, в которых излагали свои претензии к Хабарову. По их версии, в своих письмах в Якутск он сознательно преувеличивал богатства Приамурья. Кроме этого, по их словам, Хабаров запрещал участникам похода основывать постоянные поселения, сосредоточив все усилия на собирании ясака с местного населения. Сам сбор, отмечали бунтовщики, проходил в жесткой форме, и именно грубая политика Хабарова, по их мнению, вынудила местных обратиться за помощью к маньчжурам, с которыми до этого они были во враждебных отношениях. Звучали и другие обвинения в адрес Хабарова. По словам Полякова, он присвоил себе выданную в поход «казну», а кроме этого, тратил выданное зерно на производство спиртного, что было запрещено законом в то время. С помощью алкоголя он, сообщал Поляков, закабалил почти всех участников похода. Кроме того, в вину Хабарову ставилось то, что он не сумел должным образом подготовиться к обороне Ачанского острога, в частности, не подготовил место для пушки, из-за чего она не могла обстреливать противников, находившихся снаружи крепости.
После скоротечного расследования Зиновьев велел арестовать Хабарова. Его имущество было конфисковано, а его самого под охраной отправили в Москву для дальнейшего разбирательства. Вместе с Хабаровым в столицу отправились и несколько бунтовщиков. Арестанты прибыли в Москву в декабре 1654 года. В ходе судебного процесса некоторые обвинения в адрес Хабарова, вроде закабаления участников похода, подтвердились и бунтовщики были оправданы. Хабаров, однако, также не был наказан, но правительство запретило ему появляться в Амурских землях. Хабаров после этого подал жалобу на действия Зиновьева, прося компенсировать ему стоимость конфискованного имущества. Суд вынес решение в пользу Хабарова, однако выплачивать компенсацию ему отказался, вместо этого обязав расплатиться по старым долгам, которых насчиталось более чем на 5 тыс. рублей.
Дальнейшая судьба
В 1655 году Хабаров подал челобитную царю, в которой перечислял свои заслуги в освоении Сибири и просил выплатить ему жалование за 20 лет. В выплате ему было отказано, однако в уважении заслуг ему присвоили чин «сына боярского» и отправили в Усть-Кутский острог управлять Усть-Кутской волостью.
На этой должности Хабаров оставался почти до самой смерти. За это время ему так не удалось расплатиться по долгам, после долгих препирательств с местными воеводами его обязали перечислять в казну каждый год 1,5 тыс. пудов зерна. После 1667 года он попробовал добиться у Тобольского воеводы разрешения вновь отправиться на Амур, однако тот отослал его в Казанский приказ в Москву. Завещав все свое имущество монастырю, Хабаров отправился в столицу. Точный ответ на ходатайство Хабарова неизвестен, однако большинство исследователей сходятся на том, что он получил отказ, после чего возвратился в Сибирь, где вскоре скончался.
Местонахождение могилы Хабарова точно не определено. По одной версии, он похоронен в Братске, по другой - в Киренске.
Оценки деятельности
Личность Хабарова вызывает споры среди исследователей. Апологеты первопроходца называют его одним из крупнейших исследователей Дальнего Востока, акцентируя внимание на высоких деловых качествах Хабарова, его целеустремленности и деловой хватке. Критики подчеркивают присущую ему жесткость и жажду наживы. отмечал, что Хабаров «был человеком, явно опередившим свое время». По мнению ученого, он в «феодальное» время вел себя скорее как «капиталист периода начального накопления капитала».
Также неоднозначно оценивают и вклад Хабарова в освоение Дальнего Востока. Ряд ученых подчеркивают, что Хабаров первым занялся земледелием и солеварением в бассейне Лены. Создание солеварен способствовало развитию Усть-Кутского острога, из которого затем вырос город Усть-Кут. Амурский поход Хабарова также предстает одним из важнейших этапов освоения Дальнего Востока. С другой стороны, ряд критически настроенных исследователей подчеркивает, что жесткая политика первопроходца вынудила местное население объединиться с маньчжурами и выступить против России единым фронтом, что сильно затруднило колонизацию Приамурья.
Память
В честь Хабарова назван город Хабаровск. Кроме этого, имя первопроходца носят улицы в Москве, Хабаровскe, Якутске, Харькове, Братске, Усть-Куте, Оренбургe, Чите и ряде других городов. В Хабаровске и Великом Устюге установлены памятники Хабарову.
Ерофей Павлович. Далеко не все пассажиры проносящихся мимо неё экспрессов догадываются, что в её названии, как и в наименовании одного из крупнейший городов Дальнего Востока - Хабаровска, - увековечена память о знаменитом русском землепроходце, которого звали Ерофей Хабаров. Что открыл этот человек и в чём его заслуга? Вот эти вопросы и станут темой нашего разговора.
В поход за счастливой долей
Исторические сведения о его детстве весьма ограничены. Известно, что родился он и вырос в Устюге, а, достигнув зрелых лет, обосновался в Сольвычегорске, где занимался соляным промыслом. Но то ли дела не заладились, то ли наскучило молодому парню однообразное серое житьё, а только бросил Ерофей насиженное место и отправился искать приключения, а если получится, то и счастье, в дальние края, за «Каменный пояс» ― Великий Уральский хребет.
Ну, о счастье не будем говорить, а вот приключения не заставили себя ждать. Сначала на Енисее, а затем на поросших таёжными лесами берегах Лены вёл новый поселенец соболиный промысел. Мех сибирского зверя был в цене, и охота приносила изрядную прибыль, но, однажды наткнувшись в лесу на соляные ключи, Хабаров вновь принялся за привычное дело ― варку соли. Кроме того, он распахал пустующие прибрежные луга и занялся земледелием. Дело казалось верным, ведь без хлеба и соли никто не мог обойтись...
Мечта, родившаяся в остроге
Однако будущий землепроходец Ерофей Хабаров на этот раз ошибся. Якутский воевода, пользуясь бытовавшей в те времена бесконтрольностью властей, отобрал у него и пашни, и соляную варку, и весь собранный урожай ― три тысячи пудов хлеба. Самого же землепашца, попытавшегося воспротивиться его произволу, упрятал в острог, где тот и пребывал вместе с таёжными разбойниками и душегубами.

Но время, проведённое за решёткой, не прошло даром. От своих сокамерников ― людей бывалых, исходивших тайгу вдоль и поперёк, ― он услышал рассказы об амурских землях и их неисчерпаемых богатствах. О чём мечтал в те дни что открыл он для себя в разговорах с другими арестантами ― неизвестно, но, выйдя на волю, разорённый и не имеющий за душой ни гроша мужик смело пустился в отчаянное предприятие.
Во главе отряда землепроходцев
К тому времени, по счастью, его обидчика уже не было в Якутске. То ли сам угодил за решётку, то ли пошёл на повышение (что более вероятно), но на его должность был назначен новый воевода Францбеков. Он оказался чиновником, болеющим не только за свой карман, но и за интересы государства, а потому охотно согласился на предложение Хабарова отправить его с отрядом казаков на берега Амура ― открывать для России новые земли и искать источники дохода для казны. Более того, воевода поручил Ерофею подобрать для экспедиции подходящих людей, а самому возглавить отряд.

На этом этапе начались первые сложности. Многих казаков отпугивали рассказы спутников Пояркова ― землепроходца, прежде побывавшего в сибирских краях, населённых тунгусами, даурами, ачанами и прочими дикими таёжными племенами. Слишком велик был риск, связанный с этим путешествием. Поход Ерофея Хабарова оказался под угрозой. Лишь с большим трудом ему удалось набрать восемьдесят человек, таких же отчаянных авантюристов, как и он сам.
Путь от Якутска до Амура
Воевода, человек толковый и дальновидный, поручил ему не только собирать со встретившихся на пути племён ясак (оброк в виде шкур пушных зверей), но и составить описание новых земель, а главное ― нанести их на карту. И вот летом 1649 года, отслужив в Божьем храме напутственный молебен и благословясь, отряд выступил из Якутска.
В XVII веке единственными транспортными артериями Сибири были реки, поэтому путешествие Ерофея Хабарова и его смельчаков началось с того, что, двигаясь вверх по Лене, они достигли устья её крупнейшего притока ― Олёкмы. Преодолевая её быстрое течение и многочисленные пороги, поздней осенью казаки достигли ещё одной таёжной реки ― Тугира, на берегах которой и зазимовали.
В январе путешествие продолжилось. Двигаясь по глубокому снегу и волоком передвигая нарты, гружёные лодками и всем прочим имуществом, экспедиция преодолела Становой хребет. Люди были крайне утомлены, так как сильные ветры и пурга мешали тянуть вверх по склону тяжёлый груз. Но, оказавшись на противоположной стороне хребта, Хабаров и его отряд, спустившись по реке Урке, достигли ― Амура.

Первые встречи с таёжными жителями
Ещё в верхнем его течении казакам встретились поселения местных жителей ― дауров. Они представляли собой настоящие крепости, окружённые бревенчатыми стенами и обнесённые рвами. Однако, ко всеобщему удивлению, они оказались безлюдными. Их обитатели бежали, напуганные приближением казаков.
Вскоре произошла первая встреча с местным князем. На неё очень надеялся Хабаров. Ерофей Павлович через переводчика рассказал о цели прихода отряда и предложил начать совместную торговлю. Его собеседник вначале кивал головой, но требование платить казне ясак встретил враждебно и, злобно взглянув на Хабарова, ушёл.
Усиление казачьего отряда
В том же году Хабаров, не рискуя с малочисленной группой углубляться в тайгу, вернулся в Якутск за подмогой, оставив на Амуре основную часть отряда. Воевода, с интересом выслушав его сообщение о новых землях и перспективах, связанных с ними, отрядил в его распоряжение сто восемьдесят человек. Вернувшись к своим товарищам, Хабаров нашёл их в добром здравии, но измученных постоянными набегами дауров. Впрочем, из этих столкновений казаки, вооруженные ружьями, всегда выходили победителями, ибо обращали в бегство своих противников, не знавших огнестрельного оружия.

Когда открытия Ерофея Хабарова и его казаков стали известны в Москве, то царь Алексей Михайлович повелел отрядить к нему в помощь дополнительные силы. Кроме того, он послал за Урал торговых людей с изрядным запасом свинца и пороха. Уже летом 1651 года вниз по Амуру отправился многочисленный и хорошо вооружённый отряд, которым командовал Хабаров. Ерофей Павлович и его люди, приводя в повиновение даурские племена, отправляли в казну богатую дань из шкур пушных зверей.
Столкновения с ачанами и маньчжурскими отрядами
Но племена ачанов, также населявшие тот край, были храбрыми и воинственными. Они оказали казакам яростное сопротивление и не раз нападали на их стоянки. Однако преимущество огнестрельного оружия перед луками дикарей сказалось и в этот раз. Таёжные жители в панике бежали, едва заслышав выстрелы. Не имея сил справиться с пришельцами, они призвали на помощь маньчжурских купцов, вооружённых к тому времени ружьями, но казаки обратили в бегство и этот отряд.
Несмотря на победы в локальных столкновениях и дополнительную помощь, присланную из Якутска, продолжать дальнейший сбор ясака было опасно. От местных жителей удалось узнать, что готовится наступление многочисленного маньчжурского войска, посланного воспрепятствовать проникновению русских в Приамурье. Пришлось остановиться на и основать там поселение.

Подавление бунта и массовый наплыв поселенцев
В этот же период взбунтовалась часть казаков, пытавшихся выйти из подчинения. И бунт этот был вынужден подавлять Ерофей Хабаров. Биография его содержит сведения и об этом печальном эпизоде. Впоследствии его часто обвиняли в излишней жестокости. Возможно, так оно и было, ведь годы жизни Ерофея Хабарова, проведённые в суровых таёжных условиях, наложили свой отпечаток на нрав и поведение этого человека.
Вскоре, по царскому указу, было образовано Даурское воеводство, куда направились специально назначенные чиновники и служилые люди. Эти годы в ознаменовались большим наплывом переселенцев, наслышанных о богатстве края и стремившихся на берега Амура. Правительство вынуждено было учредить особую заставу для ограничения въезда желающих.
Наветы и интриги
Дальнейшее пребывание Хабарова на Амуре было омрачено кознями и интригами наехавших к тому времени чиновников. Они отстранили его от реальной власти и даже пытались обвинить в злоупотреблениях. Арестованный, он был доставлен в Москву. Но закончилось всё благополучно. В столице прекрасно знали, кто такой Ерофей Хабаров, что открыл он и сделал для России, каковы его заслуги. Щедро наградив, путешественника с почётом отпустили домой. Оправданный, он вернулся в Сибирь.

Последующие годы жизни Ерофея Хабарова не оставили следов на страницах истории. Дата его смерти неизвестна, равно как и год рождения. Но сохранились донесения, в которых подробно описывались все земли, присоединённые к Российскому государству, и те богатства, которые даровал стране Ерофей Хабаров. Что открыл этот человек в своих путешествиях ― многократно описано исследователями его жизни. Имя же его сохранила для потомков станция Ерофей Павлович и город Хабаровск.
"100 великих путешественников". Составитель: И.А. Муромов. "Вече" Москва 2000
Оцифровка и корректура: И.В.Капустин
Хабаров Ерофей Павлович
(1603 - после 1671)
Русский землепроходец. В 1632-1638 годах исследовал бассейн реки Лены, открыл соляные источники и пахотные земли. В 1649-1653 годах совершил ряд походов в Приамурье, составил чертеж "реке Амуру".
Дело, начатое Поярковым, продолжил Ерофей Павлович Хабаров-Святитский, крестьянин из-под Устюга Великого. Известно, что в молодые годы Хабаров вместе с братом Никифором ходили на промысел пушного зверя на Таймырский полуостров; потом он занимался солеварением в Соли-Вычегодской (теперь город Сольвычегодск Архангельской области). В 1632 году, бросив семью, он прибыл на Лену. Около семи лет он скитался по бассейну Лены, занимаясь пушным промыслом. В 1639 году Хабаров осел в устье Куты, засеял участок земли, стал торговать хлебом, солью и другими товарами, а весной 1641 года перешел в устье Киренги, распахал шестьдесят десятин земли и построил мельницу. Но главным его богатством была соляная варница.
соляная варница

За солью добытчики охотились словно за золотом. Вот и воевода Петр Головин отряжает письменного голову Еналея Бахтеярова "на низ Илима реки, к соляным росолным ключам, и тех ключей велено им досмотреть накрепко, из каких мест те ключи текут, из твердого камени или из мелково, и не понимает ли того места вешная вода и мочно ли на том месте варницы устроить. А осмотря тех росолных ключей и взяв росолу для опыту, велеть описать имянно".
Но процветал Хабаров недолго. Воевода Петр Головин счел слишком малой десятую часть жатвы, что по уговору отдавал ему Хабаров - востребовал вдвое больше, а потом, без всякого права на то, забрал всю землю, весь хлеб и соляную варницу, а самого хозяина засадил в Якутском остроге в тюрьму, из которой Хабаров вышел в конце 1645 года "гол как сокол".

Но, на его счастье, на смену Головину в 1648 году пришел другой воевода - Дмитрий Андреевич Францбеков, остановившийся на зимовку в Илимском остроге. Туда в марте 1649 года прибыл Хабаров.

Илимский острог

Илимский острог сегодня
Узнав об успешном, хотя и трудном походе Пояркова, Хабаров стал просить нового воеводу снарядить сильный отряд в даурские земли.
Францбеков действительно согласился послать отряд казаков для прииску новых землиц и отпустил Хабарову в кредит казенное военное снаряжение и оружие (даже несколько пушек), сельскохозяйственный инвентарь, а из своих личных средств дал деньги всем участникам похода, конечно, под ростовщические проценты. Мало того, воевода предоставил экспедиции суда якутских промышленников. А когда Хабаров набрал отряд около 70 человек, воевода снабдил его хлебом, отнятым у тех же промышленников. Посылая Хабарова как "старого опытовщика", воевода дал ему наказ - призвать даурских князей Лавкая и Батогу "под высокую государеву руку".
Но казнокрадство, лихоимство, незаконные поборы Францбекова, а иногда прямой разбой, поощряемый им, вызвали смуту в Якутске. Когда воевода арестовал главных "смутьянов", на него посыпались челобитные и доносы в Москву. Хабаров, чувствуя недалекие перемены, очень спешил и осенью 1649 года вместе с отрядом покинул Якутск.

Дорога была только одна - по воде, и Хабаров двинулся по Олёкме и Лене на юг - как можно ближе к верховьям притоков Амура, решив таким путем -где по воде, а где и волоком - дойти до Амура.
Идти против течения быстрой Олёкмы с ее бурливыми порогами было очень трудно. В борьбе со своенравной рекой люди выбивались из сил, тем не менее продолжали двигаться вперед. Когда их застали первые предзимние холода, Хабаров остановил отряд где-то у Тунгира, правого притока Олёкмы.
Здесь они срубили острог, отсиделись немного, а в январе 1650 года двинулись дальше на юг, вверх по Тунгиру. На нартах они перевалили отроги Олёкминского Становика и весной 1650 года добрались до реки Урки, первого на их пути притока Амура. Дауры, на собственном опыте познавшие, что ничего хорошего от пришельцев ждать не приходится, покинули город, окруженный рвом и частоколом с крепостными башнями, где правил даурский князь Лавкай. Там были сотни домов - каждый на 50 и более человек, светлых, с широкими окнами, затянутыми промасленной бумагой. В ямах русские нашли большие хлебные запасы. Отсюда Хабаров пошел вниз по Амуру.

На. пути казаки встречали большие селения с домами добротными, крепкими, но вновь - опустевшие.
Неожиданно возник со свитой сам Лавкай. Хабаров сразу же предложил ему уплатить ясак, за что пообещал царскую защиту и покровительство. Князь, попросив время для размышления, удалился.
В одном из покинутых городков русские встретили старуху даурку. Она передала, что Лавкай на 2500 лошадях бежал с берегов Амура. Рассказала она и про "Хинскую землю", как тогда называли Китай: по ту сторону Амура по рекам плавают большие суда с товарами; у местного правителя есть войско, снабженное пушками и огнестрельным оружием. Тогда Хабаров оставил около 50 человек в "Лавкаевом городке" и 26 мая 1650 года вернулся в Якутск. Он надеялся, что с подкреплением удастся пройти дальше.
Казалось бы, первый поход Хабарова закончился полной неудачей - он вернулся без добычи и не привел к покорности местные народы. Но успех все же был, и немалый. Хабаров привез с собой чертеж Даурской земли - первую, пусть и нехитрую, карту этого края. Этот чертеж стал одним из основных источников при создании карт Сибири в 1667 и 1672 годах. В его отписках, составленных во время похода, рассказывалось о богатствах Даурии - о ее щедрых землях, о пушном звере и о рыбном изобилии в Амуре. Францбеков сумел оценить добытые сведения и незамедлительно отправил хабаровский чертеж, вместе с пространным отчетом, в Москву.
В Якутске Хабаров начал набирать добровольцев, распространяя преувеличенные сведения о богатствах Даурии. Нашлось 110 "охочих" людей. Францбеков дал 27 "служилых" с тремя пушками, с запасом свинца и пороха. Вместе с теми, кто и раньше ходил на Амур, набралось около 160 человек. С этим отрядом" Хабаров в середине лета 1650 года вновь выступил из Якутска.


2-й поход Я.П. Хабарова
Осенью, пройдя знакомой дорогой, он дошел до Амура и соединился с оставленным в прошлом году гарнизоном.
Казаки, остававшиеся на Амуре, пережили тревожное время. То и дело нападали дауры, желавшие вернуться в собственный город. Но что могли сделать всадники, вооруженные палицей да луком со стрелами, против ружей и пушки казаков, засевших за толстыми стенами? Ну а теперь у Хабарова был и вовсе сильный отряд.
Хабаров нашел оставленных им казаков ниже по Амуру у укрепленного городка Албазин, который они неудачно штурмовали. Увидев приближение крупных сил русских, дауры бежали. Казаки нагнали их, разбили наголову, захватили много пленных и большую добычу.

Опираясь на Албазин, Хабаров нападал на близлежащие селения, еще не покинутые даурами, брал заложников и пленных, в основном женщин, распределяя их между своими людьми.
Послав часть своего отряда с собранным ясаком в Якутск, Хабаров зимой построил дощаники и весной двинулся вниз по Амуру.

струг Хабарова
Через несколько дней русские доплыли до городка князя Гайгудара. Укрепление состояло из трех земляных городков, соединенных между собой стеной, и было окружено двумя рвами. Под башнями были сделаны подлазы, через которые мог проехать всадник. Все селения вокруг этого укрепления были сожжены, а жители укрылись в крепости.
Хабаров через толмача уговаривал Гайгудара платить ясак русскому государю, но князь отказался. После обстрела казаки взяли городок приступом, убив до 600 человек. Отряд землепроходцев стоял в нем несколько недель, Хабаров продолжал уговаривать окрестных даурских князьков подчиниться русским и давать ясак, но никто не являлся. Тогда отряд погрузил снаряжение и лошадей в дощаники и, всегда готовый к бою, поплыл дальше вниз по Амуру. Через два дня подплывали к городку князя Банбулая. Городок был также покинут жителями, а вокруг него стояли неубранные поля. Хабаров хотел здесь зимовать, но, узнав о богатых даурских селениях, расположенных ниже по Амуру, поплыл туда. Казаки снова видели брошенные Селения и несжатые хлебные поля.
В августе ниже устья Зеи они без сопротивления заняли крепость, окружили соседнее селение и заставили его жителей признать себя подданными царя. Хабаров надеялся получить большую дань, но дауры принесли лишь немного соболей, обещав осенью уплатить ясак полностью. Между даурами и казаками установились как будто мирные отношения. Но через несколько дней все окрестные дауры с семьями ушли, бросив жилища. Тогда Хабаров сжег крепость и продолжил путь вниз по Амуру.

От устья Бурей начинались земли, заселенные гогулами - народом, родственным маньчжурам. Они жили разбросанно, небольшими поселками, и не могли противостоять казакам, высаживавшимся на берег и грабившим их. Слабое сопротивление оказали пашенные дючеры, истребившие ранее часть отряда Пояркова - хабаровские люди были многочисленнее и лучше вооружены.
В конце сентября экспедиция достигла земли нанайцев, и Хабаров остановился в их большом селении. Половину казаков он послал вверх по реке за рыбой. Тогда нанайцы, соединившись с дючерами, 8 октября напали на русских. но потерпели поражение и отступили, потеряв убитыми более 100 человек. Потери казаков были ничтожны. Хабаров укрепил селение и остался в нем на зимовку. Отсюда, из Ачанского острожка, русские совершали набеги на нанайцев и собирали ясак.
.jpg)
В марте 1652 года они разбили большой маньчжурский отряд (около 1000 человек), пытавшийся взять приступом острожек. Необычайная дерзость и храбрость русских ратных людей и умелое командование Хабарова помогли им одержать победу; были захвачены трофеи: 2 пушки, 8 знамен, 17 ружей и весь китайский обоз - 830 лошадей и хлебные запасы.
Однако Хабаров понимал, что с его малочисленным войском нельзя овладеть страной; весной, как только Амур вскрылся, он оставил Ачанский острог и поплыл на судах против течения.

Ачанский городок
Еще летом 1651 года вдогонку Хабарову воевода отправил отряд служилых людей с обещанными боеприпасами. Казаков повели Терентий Ермолин и Артемий Филинов. На Тунгире они повстречали человека Хабарова с грамотой, в которой тот просил как можно быстрее идти на помощь. Но, видимо, груз был слишком велик, и Ермолин споро строит зимовье и оставляет в нем часть снаряжения с небольшим отрядом казаков для охраны, а сам идет на Амур. Мастеровые вытесали струги, отряд погрузился и двинулся вниз по реке. Они не знали, где может стоять Хабаров со своими людьми, и потому зорко вглядывались в берега, надеясь увидеть хоть какой-нибудь след. Но все напрасно.
Только взяв языков, проведали они "про Ярофея и про войско все". "И те языки на расспросе сказали про Ярофея и про войско, что-де тот Ярофей нашу землю Даурскую проплыл..." Ермолин понял, что до ледостава не успеет нагнать Хабарова. Спустившись по Амуру, он наткнулся на развалины какого-то брошенного городка и решил остановиться в нем на зимовку.

Весной Ермолин, человек разумный и предусмотрительный, отправляет большой отряд - почти в тридцать человек - во главе со служилым Иваном Антоновым Нагибой на поиски Хабарова. Велено им было идти со всей осторожностью, к берегу без причины не подходить, в драки с местным народом не ввязываться, а на островах - вдруг наткнется - оставлять письма Хабарову.
Сам Ермолин, отправившись следом за Нагибой, вскоре неожиданно встретил Хабарова. Но Нагибы с ним не оказалось! Ермолин хотел было отправиться на поиски Нагибы, но Хабаров его не пустил.
Тем временем отряд Нагибы, преодолевая холод и голод, отражая бесчисленные нападения местного люда, прошел весь Амур и вышел в Охотское море. Прежним путем возвращаться уже не было сил, и, раздвигая льдины шестами, Нагиба попытался пробиться к северо-западу.
Только на одиннадцатый день им удалось прибиться к берегу... "И мы, холопы государевы, на берег пометались душою да телом, хлеб, и свинец, и порох потонул, и платье все потонуло, и стали без всего..."
Двинулись далее берегом, питаясь чем Бог послал - били моржей и нерпу, оленей в тех местах не боящихся, собирали ягоды да коренья, через глухую тайгу вышли к какой-то речушке, построили "суднишко", снова спустились к морю - оно уж было без льдов вблизи берега, прошли морем немного, потом четыре недели брели по тайге и встали зимовать во встреченном эвенкийском селении.
Летом Нагиба добрался до Якутска, оставил отписку о том, что случилось с ними, и обратился с разными просьбами к воеводе, чтобы помог казакам обжиться на новом месте: "А мы здеся, я, Ивашко, с товарищи... наги и босы..." через сто лет академик Миллер найдет в Якутском архиве ту отписку, оценит её значение и перепишет, дивясь мужеству русских...
Хабаров же вместе с людьми Ермолина продолжал отступление, прослышав, что маньчжуры собрали против него большое войско - тысяч в шесть.

Он остановился только в начале августа у устья Зеи.
Но часть казаков во главе с Костькой Ивановым, Поляковым да Чечигиным взбунтовалась, недовольные крутым нравом Хабарова. Захватив свинец и порох, они пошли вниз по Амуру. Грабя и убивая дауров, дючеров и нанайцев, они добрались до Гиляцкой земли и поставили там острог, чтобы собирать ясак.
Иванов не учел, что Хабаров не станет терпеть самоуправства ушедших. Жили казаки в своем остроге вольготно и весело, когда в сентябре перед ними объявился Хабаров.
Он обстрелял бунтарей, а потом, после острастки, пообещал сохранить жизнь и добычу, если они сложат оружие. Бунтовщики подчинились - слишком уж неравными были силы...
Всю добычу, конечно, Хабаров забрал, а ослушников приказал нещадно бить батогами, отчего многие погибли.
В этих краях, в Гиляцкой земле, Хабаров встретил новую зиму, а весной 1653 года вернулся на Зею, обосновался и принялся высылать отряды вверх и вниз по Амуру для сбора ясака. Весь левый берег Амура опустел: по приказу маньчжурских властей жители перешли на правый берег.
Сохранившиеся отписки Ерофея Хабарова якутскому воеводе говорят о том, как верно и точно описал богатство Амура этот смелый землепроходец: "...А вниз по славной, по великой реке Амуре живут даурские люди пахотные и скотные, и в той великой реке Амуре рыба - калушка (белуга) и осетры и всякой рыбы много против Волги. А в градах и улусех дуги великие и пашни есть, а лесы по той великой реке Амуре темные, большие, соболя и всякого зверя много... А в земле злато и серебро виднеется".

В то время он и вообразить не мог, как раскатилась слава о его завоеваниях и о несметных богатствах Даурской земли. Из Якутска в Москву шли депеши, из которых следовало, что без воинской силы не удержать в повиновении столь обширную землю. Было решено основать новое - Даурское воеводство, а пока Для подготовки всех дел из Сибирского приказа был послан московский дворянин Дмитрий Зиновьев. В августе 1653 года с отрядом в 150 казаков пришел он на Зею, роздал царские награды - золотые червонцы, отдал служилым людям двести новгородок, охочим - семьсот московок, а потом предъявил царский указ Хабарову, предписывающий ему, Зиновьеву, "всю Даурскую землю досмотреть и его, Хабарова, ведать". И тут же, не откладывая столь важного дела, оттрепал Хабарова за бороду и по наветам обиженных и недовольных устроил дознание.

Ерофей Хабаров отличался крутым нравом, поэтому в челобитных, что получал Зиновьев, говорилось о разных притеснениях и о том, что Хабаров "делу не радел, а радел своими нажиткам". Зиновьев арестовал его, забрал добро и отправил в Москву.
В Москве, в Сибирском приказе, присудили вернуть Хабарову вещи. Он написал царю челобитную, где все припомнил - и хлеб, отнятый Головиным, и пожалованные червонцы, которые так и не дошли до него, что он "четыре земли привел под государеву руку", что не так просто все это было, а "кровь свою проливал и раны терпел" - и царь за те лишения пожаловал его в боярские дети и назначил управителем приленских деревень от Усть-Кути до Чечуйского волока. Однако в Даурские земли Хабарова не пустили, хоть он и просился - "для городовых и острожных поставок и для поселения и хлебныя пахоты". Видно, сил в нем много еще оставалось, раз рассчитывал взяться за такую работу. А потом - пропал. С тех пор ничего о нем не известно.
Неизвестно, когда и где умер Ерофей Павлович Хабаров, один из первых исследователей Амура, но имя его сохранили потомки: самый большой город на Амуре - центр Хабаровского края - называется Хабаровск. Там, где Великий Сибирский железнодорожный путь пересекает реку Урку, по которой плыл великий землепроходец на Амур, есть станция, носящая название Ерофей Павлович.

памятник Е.П. Хабарову в г. Хабаровск
