Кто первым перешел Альпы вместе с армией? Почему суворов оказался в альпах.
Содержание статьи
Кратко о статье: Швейцарская кампания Суворова - статья, посвященная знаменитому сентябрьскому походу русской армии.
Круче гор
Швейцарский поход Суворова
Так должно быть, поясняли военные. Армия - это, прежде всего, порядок и организованность. Тем поразительнее, что реальная война с точки зрения порядка и организованности удивительно напоминает охваченный пожаром бордель.
Анджей Сапковский «Крещение огнем»
В конце 19 века возле швейцарской деревушки Андерматт (что недалеко от Чертова Моста) был установлен гранитный крест с надписью: «Доблестным сподвижникам генералиссимуса фельдмаршала графа Суворова-Рымникского, князя Италийского, погибшим при переходе через Альпы в 1799 году ». Освещая открытие памятника, швейцарские газеты отмечали, что даже в их дни - спустя целое столетие после похода - тела русских солдат все еще иногда находят в ледниках.
Война не закончена, пока не похоронен последний солдат, говорил Суворов. Швейцарские пастухи долго рассказывали о шагающем по горам и скликающем свое войско призраке низкорослого человека в черном плаще. Сегодня, в сентябре, на пороге юбилея этой кампании, мы расскажем вам о швейцарском походе легендарного русского полководца Суворова.
Вторая антифранцузская коалиция
В 1798 году агрессивная политика Франции привела к тому, что Австрия, Англия, Неаполитанское королевство, Россия и Турция решили объединенными силами покончить с общеевропейской угрозой. Российская Империя не могла претендовать на территориальные приобретения в случае победы. Но уже тогда ее наиболее дальновидные политики ощущали исходящую от республики опасность.
Одним из таких прозорливцев был фельдмаршал Суворов , отмечавший, что Наполеон «шагает широко ». И либо порвет штаны, либо дойдет до Вислы. Ведь если Пруссия и Австрия вместе с Россией участвовали в разделах Речи Посполитой, то Франция традиционно поддерживала идею независимости Польши.
Может показаться странным, что небольшая Франция внушала России такое беспокойство. Но в то время Франция не только производила в 2 раза больше вооружений, но еще и превосходила Россию (без крайне «неблагонадежной» Польши) по численности населения. Кроме того, значительную часть подданных империи составляли полудикие неславянские народы, желание и способность которых сражаться за царя вызывали обоснованные сомнения.
Суворов считал необходимым разгромить Францию прежде, чем она уничтожит потенциальных союзников России. То есть трех ее старинных соперников и врагов: Австрию, Пруссию и Турцию. Эту точку зрения принял и император Павел I.
Согласно замыслу Суворова, 100-тысячная русская армия должна была сосредоточиться на Рейне и, воспользовавшись разбросанностью сил французов по нескольким фронтам, кратчайшим путем двинуться на Париж.
Но решающим голосом в коалиции обладала Австрия, выставлявшая для борьбы с французами вдвое больше войск, чем остальные союзники, вместе взятые. Австрийцы же видели в этой войне лишь благоприятный случай для захвата итальянских государств под предлогом их освобождения. Другой лакомой для них целью были оккупированные Францией Нидерланды, также некогда бывшие владением австрийских Габсбургов .
По плану, «продавленному» Австрией, на север Италии перебрасывались два русских корпуса общей численностью 31 тысяча человек. С моря на Неаполь должен был ударить флот Ушакова . 24-тысячный корпус Римского-Корсакова направлялся в Швейцарию. Наконец, еще один русский корпус из 17 тысяч человек должен был участвовать в совместном с англичанами десанте в Нидерландах.
Возглавить 117-тысячную группировку союзных войск в Италии предлагалось фельдмаршалу Суворову. Таково было условие австрийцев. По существу, участие Александра Васильевича рассматривалось союзниками как основной вклад России в общее дело.
Павел I не любил Суворова, но достойной замены ему также не видел.
Еще не ставший императором Наполеон на тот момент в Италии отсутствовал. Зато там были 92 тысячи французских войск под командой опытных и решительных генералов Макдональда и Моро. Прибыв в апреле, Суворов нанес французам три поражения: на реке Адда, на Треббии и при Нови. Десанты Ушакова и восстание итальянцев завершили дело. К началу августа полуостров почти полностью был расчищен от оккупантов. Моро удалось удержать только Геную.
| Биографическая справка |
Александр Васильевич Суворов родился в 1730 году в семье крупного военачальника генерал-аншефа Василия Суворова. Уже в 12 лет он был зачислен в Семеновский полк солдатом, что, само собой, было чистой формальностью. До 18 лет Суворов обучался дома, под руководством отца, и получил лучшее по его времени военное образование, включавшее точные науки, баллистику, инженерное дело, военную историю, стратегию, тактику. Овладел немецким, французским, итальянским языками. Позже, уже во время службы, научился польскому, турецкому, арабскому, фарси и финскому языкам. В 1754 году Суворов был произведен в офицеры. Потом были Кунерсдорф, Берлин, Кольберг, Орех, Ландскруна, Столовичи, Краков, Туртукай, Гирсово, Козлудж, Кинбурн, Фокшанах, Рымник, Измаил и Варшава. Суворов воевал в Пруссии, Польше, Турции, снова в Польше. Подавлял Пугачевский бунт. И никогда не знал поражений. |
Швейцарская кампания
В Швейцарии дела обстояли также благоприятно для союзников. После прибытия корпуса Римского-Корсакова австрийский командующий эрцгерцог Карл имел там 82 тысячи солдат против 58 тысяч у французского генерала Массены .
Перспективы войны уже ясно виделись Суворову. Добив Моро, он намеревался вторгнуться во Францию с юга. Карл в это же время должен был покончить с Массеной. Затем армии союзников могли соединиться у Лиона для наступления на Париж.
И вот здесь с ясного неба грянул гром. Рескрипты верховного командования известили о появлении «нового плана войны». Согласно ему, Суворову запрещалось предпринимать еще что-либо против французов в Италии. С 20-тысячным корпусом он должен был немедленно следовать в Швейцарию. Карл же, не дожидаясь его , отбывал с австрийской частью войска в Нидерланды.
План вызвал возмущение не только у русских, но и у австрийских офицеров. Союзники упускали очень благоприятную ситуацию и сами же превращали ее в неблагоприятную. После ухода Карла из Швейцарии Массена получал более чем двукратное преимущество против Римского-Корсакова, в то время как армия Суворова все еще была бы на марше.
Но у австрийских кабинетных стратегов имелись свои соображения. Им требовалось срочно убрать Суворова из Италии. Русский полководец видел в ней плацдарм для наступления на Францию и всячески содействовал созданию итальянскими государствами своих армий. Австрийцы же рассматривали полуостров как свой трофей. Независимый Пьемонт им был не нужен.
Времени на то, чтобы связаться с императором и объяснить ему ситуацию, Суворову не оставили. Пока депеша дошла бы до Петербурга, Массена наверняка уничтожил бы русский корпус в Швейцарии. Даже несмотря на то, что эрцгерцог Карл, возмущенный полученным приказом не меньше самого Суворова, частично саботировал «новый план». В помощь Римскому-Корсакову был оставлен 22-тысячный корпус Готце.
Но Массена выделил против Готце только 18 тысяч. Остальные 40 в любой момент могли атаковать русских. Суворов без колебаний двинулся в Швейцарию по кратчайшему пути. Перевал Сен-Готард выводил его войско прямо в тыл французам.
По плану Суворова, не позднее 26 сентября его войска, а также корпусы Римского-Корсакова и Готце должны были обрушиться на врага с трех сторон.
Путь через Альпы
Суворов собирался выступить в Швейцарию 8 сентября 1799 года. Но Моро неожиданно предпринял вылазку. Пытаясь в нарушение приказа все-таки навязать французам последний бой, Суворов напрасно потратил три дня. Используя преимущество своих войск в мобильности, Моро ушел.
Еще пять дней Суворов потерял из-за нерасторопности австрийцев, не собравших к нужному времени 3000 мулов для создания вьючного обоза. В результате половину мулов пришлось заменить казацкими лошадями, а мешки для поклажи собирать у местного населения. С собой в Швейцарию Суворов брал только 25 горных пушек.
Лишь 21 сентября армия Суворова, состоявшая теперь только из русских частей, окончательно собралась в поход. Спустя три дня она достигла перевала. Французы выделили для прикрытия Сен-Готарда бригаду, насчитывающую около 4,5 тысяч человек, но для обороны почти неприступной позиции этого было более чем достаточно.
К вечеру Суворов взял перевал. Приковав внимание противника ожесточенными фронтальными атаками, он послал в обход по козьим тропам отряд под командой князя Багратиона .
А уже на следующий день состоялась легендарная схватка за Чертов Мост - сооруженную якобы самим Дьяволом арку через 25-метровое ущелье. Но и до самого моста сначала нужно было дойти. Путь же к нему пролегал через 60-метровый прорубленный в скале тоннель. Разумеется, французы заняли эту естественную крепость.
Штурм Чертова Моста. |
Суворов и здесь прибег к тактике, сработавшей накануне: предпринял безнадежную атаку с фронта, чтобы отвлечь внимание противника от флангов, а сам послал два отряда в обход. И снова получилось: пройдя через горы, русские мушкетеры обрушились на французов с тылу и захватили тоннель. Впечатление от победы было несколько смазано лишь тем, что один из направленных в обход полков в полном составе пропал неведомо куда. Никаких его следов обнаружить не удалось.
Когда русские вышли к мосту, стало видно, что французы сумели частично обрушить арку. Суворов приказал разобрать один из крестьянских домов и замостить пролет бревнами. Веревок не хватило, и под ураганным огнем неприятеля бревна пришлось связывать солдатскими ремнями и офицерскими шарфами.
После частичного восстановления моста должна была начаться настоящая битва. Теперь суворовским войскам предстояло под обстрелом «просачиваться» через «игольное ушко» зыбкой и опасной переправы и атаковать французов на другой стороне ущелья. В таких условиях враг постоянно имел бы подавляющий численный перевес.
И тут произошло нечто непредвиденное - никем, включая и самого Суворова. Французы снова услышали у себя в тылу до боли знакомый им боевой клич «Эгегей вашу маму! ». Что, как они уже знали, в переводе с русского означало «Умрем за царя! ».
Это и был пропавший во время боя за тоннель полк. Двинувшись в обход по принципу «бешеной собаке сто верст не крюк », мушкетеры заблудились и каким-то до сих пор не установленным, физически невозможным путем вышли на другую сторону ущелья.
Ударом с двух сторон мост был захвачен, и на следующий день - 26 сентября - перед Суворовым уже засверкала гладь Люцернского озера. Только здесь он узнал, что дорога вдоль берега на Швиц, по которой изначально планировался марш, существует лишь на карте. Вместо одного дня на обход озера его войскам потребовалось целых три. К тому же, преодолевая исключительно сложный перевал Кунциг-Кульм, русская армия растянулась на несколько дневных переходов. Арьергард Суворова спустился в Мутенскую долину лишь 1 октября.
| Пуля - дура, штык - молодец |
Тактика Наполеоновской эпохи заключалась в сочетании стрелковых цепей, которые постепенно изматывали неприятеля обстрелом, и колонн, предназначенных для штыкового удара. Лишь в случаях появления конницы противника пехота перестраивалась в каре. Считаясь изобретением французов, эта тактика, позволяющая сократить потери от артиллерийского огня, применялась всеми воюющими сторонами. Но в отличие от австрийских полководцев, принявших ее целиком и полностью, Суворов продолжал делать акцент на штыковой удар. Всюду, где это позволяла местность, его солдаты должны были решительно, в плотном строю идти на сближение с противником, используя ружья по принципу «первого проткни, второго застрели, третьему штыком карачун ». Решение Суворова показало себя правильным. Низкая точность и скорострельность кремневых ружей делали их малопригодными для стрелкового боя. Ко времени вторжения в Россию и сами французы отказались от тактики стрелковых цепей. |
Отступление
Задержка на Кунциг-Кульме уже не сыграла роли. Еще 25 числа, пока Суворов штурмовал Чертов Мост, Массена перешел в наступление. К 26 сентября Римский-Корсаков и Готце были наголову разбиты.
Суворов узнал об этом лишь 29 сентября. В этот же день стало известно, что все выходы из долины блокированы французами. С трудом преодолев Альпы, русский полководец не только не застиг Массену врасплох, но и сам оказался в окружении.
Решение об отступлении далось Суворову нелегко. До сих пор он никогда не отступал. «Ройте мне здесь могилу! », - кричал он солдатам.
Но лежать в могиле было недосуг. В явном меньшинстве, без снабжения, без конницы, практически без артиллерии его войска не имели шансов на успех в борьбе с французами. Если не кампанию, то хотя бы армию нужно было спасать. Труднейший переход через Альпы, который, казалось, был уже позади, только начинался.
Время играло против Суворова. Массена спешно перебрасывал силы для решительного наступления на последнего своего противника. 30 сентября, когда «хвост» русской армии еще только втягивался в Мутенскую долину, ее главные силы уже начали прорыв. На следующий день Суворов, лично руководивший атакой, сбил врага с перевала Прагель.
Видя, что враг ускользает, французские войска хлынули в долину. Отступая, Суворову пришлось вести ожесточенные арьергардные бои. Уже 2 октября, отражая атаки вражеской конницы, русские израсходовали все боеприпасы. Потом перешли в контрнаступление, разбили 10-тысячный отряд французов и взяли 1200 пленных, в число которых едва не попал сам Массена.
Вырвавшись из окружения, корпус Суворова собрался в долине Верхней Линты. Но и туда по всем дорогам спешили свежие французские дивизии. Даже после поражения в Мутенской долине противник сохранил трехкратный численный перевес. Без боеприпасов русским нового сражения было не выдержать.
4 октября Суворов решил уходить через перевал Паникс - несмотря на то, что швейцарские проводники этим путем идти отказались. Перевал был непроходим. Седловина находилась выше линии вечных снегов. Там не имелось никаких «козьих троп». Только ледник. К тому же в горных ущельях бушевала вьюга.
Переход занял 4 дня. Пушки пришлось сразу же сбросить в пропасть. Туда же отправились и все оставшиеся припасы. Но и без них лошади и мулы срывались с обледенелого карниза и улетали туда, куда лучше не смотреть. Люди тоже срывались. Говорят, они падали молча: крики могли разбудить лавину. Суворова всю дорогу вели - почти несли - под руки два гренадера.
На гребне стало ясно, что швейцарцы хорошо знали свои горы. Дороги вниз, действительно, не было вообще. Спуск представлял собой сплошной ледяной обрыв, усеянный трещинами и черными зубами скал.
Посмотрев на парящих внизу орлов, Суворов подвернул полы плаща и покатился по склону. Ему повезло. Многим другим - нет. Удивительным образом спуск с перевала (в отличие от подъема времени практически не занявший) пережили несколько русских лошадей. Последние итальянские мулы погибли еще на пути к гребню.
Еще поразительнее, что Суворову на этом переходе удалось сохранить живыми 1400 пленных французов.
Итоги
9 сентября 14 тысяч русских солдат - все, что осталось от армии Суворова, - достигли австрийских складов в городке Кура.
Нет... 69-летний боец не считал, что все кончено. Едва сойдя с ледника, он начал диктовать письмо эрцгерцогу Карлу, излагая в нем план совместного удара на Массену. Суворов собирался страшно отомстить французу.
Но император Павел иметь дела с австрийцами более не желал. Россия вышла из войны. Армия осталась зимовать в Баварии, а Суворов был отозван и отправлен в отставку.
Царь остался недоволен своим полководцем, попрекая его трехдневным промедлением с выступлением из Италии. Ведь именно тех трех дней, в течение которых Суворов гонялся за Моро, в конечном итоге и не хватило, чтобы упредить Массену. Потери только одного корпуса Суворова в швейцарском походе вдвое превысили все потери русских в итальянской кампании! А результат? Поражение!
Суворов и ранее не раз вызывал гнев правителей. Но только сейчас на его плечи легла тяжесть справедливых обвинений. То, что задержки, вызванные непоставкой австрийцами мулов и состоянием швейцарских дорог, нельзя было предусмотреть, не было оправданием для полководца. Он был обязан предвидеть неизбежность подобных явлений и иметь «вариант Б» на тот случай, когда, как это непременно случается на войне , все пойдет не так, как задумано.
Более того, еще в Италии Суворов понимал, что составленный им план кампании был обречен. Даже при наилучшем развитии событий его силы оставались разделенными на три части, которые противник мог бы разгромить по отдельности. А сам Суворов со своим корпусом появлялся, может быть, и в тылу у французов, но без снабжения, без связи, без возможности наступать в этом лабиринте хребтов и ущелий.
План был авантюрой. Он мог сработать лишь при условии везения и полной некомпетентности противника. Но в данной ситуации он был единственным. Настоящей причиной поражения стал политически мотивированный уход главных сил Карла. После этого сделать было уже ничего нельзя... Написав «меня погнали в Швейцарию, чтобы там уничтожить », Суворов ринулся в горы в отчаянной надежде, что кривая как-нибудь вывезет.
Не вывезла.
| Французская армия |
К концу 18 века французская армия уже не представляла собой толпу новобранцев под началом выборных командиров, как это было в первые революционные годы, но еще не достигла того блеска, который приобрела после коронации Наполеона. Французские солдаты были закалены в боях и воодушевлены победами. Они имели новые ружья, а главное - молодых, талантливых и отчаянных генералов. С другой стороны, недостаточное развитие коневодства во Франции приводило к слабости французской кавалерии. Пушек французы также имели по отношению к численности солдат втрое меньше, чем русские и австрийцы. Артиллерия, в свою очередь, часто перевозилась на реквизированных крестьянских лошадях или даже волах. Чтобы увеличить мобильность войск, французы осуществляли снабжение не со складов, а преимущественно за счет реквизиций у местного населения. Обоз был сокращен за счет отказа от палаток. На ночь солдаты или занимали дома обывателей, или ложились спать под открытым небом. Эти нововведения вызывали частые восстания на занятых французами территориях, а позже погубили «великую армию» в русских лесах. |
Через несколько месяцев после возвращения Суворов умер в своем имении. А еще через 12 лет его предсказание сбылось. Даже оба предсказания. Наполеон в Россию пришел, но штаны все-таки порвал, и его пришлось провожать домой. Задуманное Александром Васильевичем наступление на Париж - пусть позднее, пусть не по его плану, - все же состоялось.
Плохой план
Известно, что готовя очень рискованный план перехода через Альпы, Суворов опирался на диспозицию, подготовленную австрийским полковником Вейройтером. Теоретически, идеи, предложенные Вейройтером, были весьма интересны и предусматривали окружение и уничтожение французских войск в Швейцарии силами трех автономно действующих группировок союзников.
Но план, построенный без учета особенностей боевых действий в горах и предусматривающий наличие пассивного противника, был ошибочным с самого начала.
Опять же составлен он был штабным методом, без разведки местности и по весьма условным картам, где, как позднее выяснилось, ряд дорог существовал лишь на бумаге. Правда, этот урок мало кому пошел впрок, а сам автор плана Вейройтер еще раз «отличился» в 1805 году на ниве русско-австрийского военного сотрудничества, подготовив диспозицию печально известного для союзников Аустерлицкого сражения.
По дорогам или "карнизам"
Часто, когда говорят о военных походах через Альпы, речь идет о тяжелых боевых действиях в условиях горной войны. В реальности горы относительно невысокие. Еще в Римскую эпоху там были проложены прекрасные дороги, по котором осуществлялось торговое и военное сообщение Рима с провинциями к северу от Альп.
В Средние века военных походов через Альпы было множество, начиная со времен Фридриха Барбароссы и заканчивая Итальянскими войнами между Францией и Испанией. В Альпах есть даже так называемая "дорога немощных", по которой даже человек, не отличающийся крепким здоровьем, может преодолеть горы. Но все хорошие пути в условиях военных действий нередко перекрываются противником и остается лишь путь по "карнизам" - узким тропам вдоль пропасти. Минимальная ширина "карниза" - 50 сантиметров. Если один человек пройдет легко, то для армии с обозом, артиллерией и кавалерелией подобный путь чрезвычайно затруднителен.
Лишь три полководца решились на переход через Альпы по «карнизам»: Ганнибал (218 год до н. э.), Наполеон (1796 год) и Суворов (1799 год).
Все три полководца добились успеха в том числе и за счет того, что выбирали крайне рискованный путь там, где противник не имел достаточно сильных заслонов.
Бой в Мутенской долине
20 сентября 1799 года произошел самый масштабный бой русских войск в ходе всего Швейцарского похода. Семитысячному русскому отряду пехоты и казачьим частям (где лишь половина сохранила лошадей) противостояло до 11 тысяч солдат и офицеров французской армии. После нескольких ружейных залпов русская пехота штыковой атакой опрокинула густые французские цепи. В то время как казаки охватили противника с фланга.
В скоротечной схватке французы потеряли около 1 тыс. убитыми и ранеными и около 1200 человек пленными.
Сражение в Мутенской долине во многом было уникальным. Во-первых - это единственное сражение в ходе Итальянского и Швейцарского походов Суворова, произошедшее на равнине. Во-вторых, сам ход боя был характерен для суворовской тактики, но проходил без непосредственного участия русского полководца.
Тактика горной войны
Во время пятидневного вынужденного ожидания обещанных австрийцами мулов и продовольствия Суворов подготовил правила горной войны, которые стали одной из первых инструкций по ведению боевых действий в горах.
Если традиционно полководцы Нового Времени старались избегать столкновений в горах, то Суворов допускал возможность разгрома противника в горной войне.
Причем, как и в «Науке побеждать», основной упор делался на наступательные действия в новой как для русских войск в целом, так и самого Суворова горной обстановке. В данном случае Суворов делал ставку как на фронтальное давление, так и обходные маневры. На практике подобные действия нередко заставляли французских военачальников перед угрозой окружения оставлять выгодные и даже считавшиеся неприступными позиции. Так было в боях на Сен-Готарде, на Чертовом мосту. Значительное внимание уделялось и необходимости занятия ключевых высот: «Если неприятель умедлит овладеть возвышениями гор, то должно на оные поспешно влезать и на неприятеля сверху штыками и выстрелами действовать».
Победа или поражение
План действий союзных русско-австрийских войск в 1799 году в Швейцарии полностью провалился. Из трех корпусов два были разбиты, а войска Суворова ценой немалых потерь сумели выйти из ловушки. Тем не менее, переход через Альпы в условиях численного превосходства противника, отсутствия должного количества провианта и в условиях постоянно меняющейся обстановки позволяют говорить об успехе. В таких условиях было бы не зазорно «просить пардону» и капитулировать. Неслучайно все участники перехода от командующего и до нижних чинов были награждены.
Суворов 28 октября 1799 года был произведен в генералиссимусы, став четвертым из пяти генералиссимусов в отечественной военной истории и первым, кто удостоился этого чина в полном соответствии с воинским уставом.
В письме Суворову Ростопчин отмечал: «До единого все ваши награждены, унтер-офицеры все произведены в офицеры». Позднее известный военный теоретик и военный министр России Дмитрий Алексеевич Милютин так оценил Швейцарский поход: «Неудачная эта кампания принесла русскому войску более чести, чем самая блистательная победа».
Президент России отправился с визитом в Швейцарию. Его приезд приурочен к 210-й годовщине легендарного героического Альпийского похода русской армии под предводительством Александра Суворова. Память о наших героях в Швейцарии хранят. У памятников регулярно появляются свежие цветы. Это особенно приятно сегодня, когда многие другие страны забыли и оплевали могилы своих русских освободителей. Но почему Суворов завел свою армию в Альпы? В такие дебри, откуда выходить пришлось, совершая самые неимоверные подвиги?
…В 1799 году после блестящих побед над войсками революционной Франции, одержанных Суворовым на итальянской земле, он намеревался после короткого отдыха двинуть русские войска прямо на Париж. Главный герой всех войн того периода, Наполеон Бонапарт в это время находился в Египте. Гений Суворова, который за свою жизнь не проиграл ни одного сражения, остановить было некому. По словам В.О. Ключевского, Итальянский поход Суворова - «самый блестящий выход России на европейской сцене». Но русские оказались на этой «сцене» явно лишними. «Союзники» России, Англия и Австрия начинают опасаться, что в случае успеха русских войск, Италия останется за нами. Да и влияние Петербурга в Европе многократно возрастет.
Русская армия стояла у южных границ Французской республики - это была уникальная возможность разбить врага на пятнадцать лет раньше, чем это произошло в реальности. Но в тот момент главным врагом наших «союзников» уже стала не Франция, а русская армия фельдмаршала Суворова. Австрия и Англия вместо похода на Париж, требуют сначала освободить от французов Швейцарию. В этом не было никакого смысла. Ключ к ее освобождению лежал рядом с ключами от Парижа, и разгром революционных армий Франции означал автоматическое падение всех её сателлитов. Но весь дальнейший Альпийский поход наглядно покажет нам, что резоны «союзников» были совершенно другими. Их главной задачей становилось уничтожение вовсе не французской, а русской армии.
«Меня прогнали в Швейцарию, чтобы там уничтожить», - писал Суворов, прекрасно понимавший, что стоит за таким неожиданным поворотом. Удивительно, но Павел I согласился на этот план, видимо он ещё плохо представлял, с кем имеет дело. Однако, согласившись на него, русский император все же потребовал до прихода Суворова очистить Швейцарию от французских войск силами австрийцев. Естественно, ему это пообещали и естественно этого не сделали.
Принятый план Суворов «доработал» в соответствии со своими принципами. Добиться в кратчайший срок победоносного завершения Швейцарской кампании решительными действиями всех сил с различных направлений - вот суть стратегического плана Суворова. В Швейцарии должны соединиться армия самого Александра Васильевича, русский корпус генерала Римского-Корсакова и австрийские войска. Соединившись, они сокрушали врага объединенной мощью.
Для всех войск, действующих в трех направлениях, были установлены маршруты и, что самое главное, сроки наступления. Не вина Александра Васильевича, что события развернулись по-другому. Весь Швейцарский поход - это одна блистательная суворовская импровизация. Это семнадцать дней, состоящих из непрерывной череды больших и малых сражений, больших и малых подвигов русских солдат.
Для себя самого русский полководец избрал кратчайший и труднейший путь через горы. Это был трудный, но выполнимый вариант - идти планировалось по горным, но ДОРОГАМ. Запомним эту деталь - она нам очень пригодится. Командовавший всеми силами антифранцузской коалиции Суворов, дал поручение австрийскому интендантству подготовить и сосредоточить до прихода армии вьючных животных, провиант и фураж. Когда русская армия подошла к горам, её ждал «союзный» сюрприз - на месте не оказалось ничего. Пять последующих драгоценных дней были потрачены на сбор недостающей амуниции. В результате стратегический план Суворова был сорван. Пять дней кажутся небольшим сроком, но надо помнить, что весь Швейцарский поход занял всего семнадцать дней.
10 сентября 1799 года никогда не воевавшие в горах (!), русские войска вошли в горы. Далее были знаменитый штурм перевала Сен-Готард, взятие Чертова моста, перекинутого через пропасть, где и стоит сегодня памятник суворовским чудо-богатырям. 15 сентября, замерзшие и голодные войска Суворова, согласно плану прибыли в местечко Альтдорф. Там их ждал новый сюрприз. Выяснилось, что отсюда дальше дороги нет! Ее не разрушили французы, не уничтожило обвалом - её никогда и не было, просто австрийское командование «забыло» русских об этом проинформировать.
«Переход Суворова через Альпы» (В.И. Суриков)
Русская армия с боями пробивается туда, откуда дальше нет дороги. Есть рядом Люцернское озеро, но через него также не переправиться, так как все суда уже захвачены противником. Австрийцы же не очистили местность от неприятеля, хотя обещали это сделать. Выход один: сделать невозможное. Сдаваться Суворов не умел в принципе. Он решил двигаться через хребет Росток и Муотенскую долину. Пройти через Альпы там, где сегодня это делают лишь альпинисты со специальным снаряжением. Суворовский путь и сегодня вызывает трудности, а что говорить о замерзших солдатах, которым кроме всей своей амуниции надо тащить лошадей, пушки и раненых товарищей!
Понимающие «толк» в своих горах швейцарцы, именно поэтому и ставят русским памятники. Тяжёлый 18-км путь до Муотенской долины чудо-богатыри преодолели за два дня. Суворов шел среди них. Но, спустившись в долину русские войска, опять очутились на краю гибели. Дело в том, что корпус под командованием генерала Римского-Корсакова, шедший на соединение с Суворовым, был подло предан австрийцами. Командующий эрцгерцог Карл по тайному решению венского кабинета вывел свою армию из Швейцарии, не поставив в известность Петербург. Корпус генерала Римского-Корсакова подойдя к Цюриху, к месту назначенной встречи, вместо австрийцев был встречен превосходящими силами французов. В итоге, несмотря на отчаянное сопротивление, в двухдневной битве он был наголову разбит.
Известие о гибели солдат Римского-Корсакова и получил Суворов, спустившись в Муотенскую долину. Но этим неприятности не исчерпывались. Здесь же Суворов получил последний подарок «союзников». Полный отход австрийских отрядов из Швейцарии, не только привел к разгрому русского корпуса. Благодаря отходу австрияков в местечко Швиц, цель суворовского перехода теперь был занято французами.
В результате целой цепи предательств войска Суворова оказались окруженными в горах. Без продовольствия и с ограниченным количеством боеприпасов. Все планы оказались отброшенными, речь уже шла просто о спасении армии. На военном совете было решено пробиваться к местечку Гларис. В тяжелейших боях с наседавшими со всех сторон войсками французского маршала Массены, русским войскам удалось туда пробиться. В Гларисе тоже австрийских войск не оказалось - они уже отошли и оттуда. Тогда в целях спасения войск Суворов решил отходить к городку Иланц. После труднейшего перехода через хребет Рингенкопф русские войска достигли Иланца, а оттуда 27 сентября 1799 года - района Кур, после чего отошли в Германию на зимние квартиры.
Предательские действия австрийского командования, привели к тому, что потери русских войск составляли около одной трети наличного состава. Перед выступлением Суворов имел 21 тыс. человек, к Иланцу же он привел до 15 тыс. человек. Но даже в такой безнадежной ситуации сумел привести 1400 пленных французов. Павел I высоко оценил действия Суворова: «Побеждая всюду и во всю Вашу жизнь врагов Отечества, Вам не доставало одного - преодолеть и самую природу, но Вы и над нею одержали ныне верх». Ему был пожалован самый высокий военный чин - генералиссимуса. Появился и другой указ, по которому даже в присутствии царя войска должны были «отдавать ему все воинские почести, подобно отдаваемым особе Его Императорского Величества».
Российская власть подлости «союзников» не снесла. Получив известия о предательском поведении австрияков, Павел I пришел в ярость. «Эти немцы, – говорил он – могут все снесть, перенесть и унесть». Он расторгает союз с Австрией, отозвав своего посла из Вены. В том же году был отозван и наш посол из Лондона по совершенно аналогичным причинам – предательским отношением англичан к русским солдатам. (Вспомогательный русский корпус, действовавший против французов в Голландии и находившийся под британским командованием, буквально растаял от голода и болезней).
Увы, тяжести похода и годы сделали свое дело - генералиссимус Суворов умер по прибытии в Петербург 6 мая 1800 года, так и не успев насладиться заслуженными наградами. Вечная память величайшему русскому полководцу и его чудо-богатырям. Не будем же забывать и «причины», заставившие их совершить невероятные подвиги. Это всегда так - чье-то предательство приходится смывать кровью…
Николай Стариков
История Российской Империи полна различных испытаний и переломных моментов. Множество истинных героев и настоящих мужчин готовы были отдать жизнь за благополучие родины. Одним из русских полководцев, основоположников военного искусства был Александр Суворов. Всем известно, что это настоящий боец, который был силен духом и не проиграл ни одного сражения, даже когда численность вражеских войск была значительно больше, чем его собственных. В конце XVIII столетия совершил Александр Суворов переход через Альпы. Российский император поручил полководцу задание перевести войска в Швейцарию с целью соединения их с корпусом, в котором находились соотечественники. Через три недели герой России выступил в поход.
Говорит история
Многие до сих пор обсуждают, правильно ли поступил Суворов. Переход через Альпы действительно был необходим? Но полководец тщательно все спланировал и выполнял приказ самого императора. Следует отметить, что этот поход сыграл не последнюю роль для русско-французской войны и стал продолжением Итальянского наступления. Кроме того что русские войска выступили с севера Италии, также вместе с ними пошла и часть австрийских солдат. (год 1799) был осуществлен для того, чтобы нанести значительный удар во фланг и тыл французских войск. Александр всегда славился быстротой своих решений, внезапностью, натиском и беспощадностью, поэтому для этого случая он выбрал именно такие методы. Его главной целью было преодолеть путь так скоро, чтобы застать врага врасплох и нанести решающий удар. В связи с этим переход через Альпы осуществлялся через тяжелый перевал Сен-Готард. Вся операция проходила в сложных условиях. С одной стороны, жестокая природа, неблагоприятные погодные условия, а с другой - предательское поведение австрийцев, постоянные споры, сражения, стычки.
Легендарное событие

Закончил Суворов переход через Альпы 8 октября 1799 года, ровно через 18 дней после его начала. Умелому полководцу все-таки удалось внезапно напасть на французов и нанести им большой урон, который во много раз превышал собственные потери. Именно из-за Швейцарского похода Александр Суворов стал настоящим героем. Это был переломный момент в его жизни и военной службе. Следует отметить, что французский генерал признался, что готов был отдать все свои походы только лишь за швейцарскую эпопею А. Суворова. Прибыв на родные земли, русский полководец получил звание генералиссимуса всех отечественных войск. В честь удачной операции, которую совершил Суворов (переход через Альпы), в Швейцарии был высечен гранитный крест высотой в двенадцать метров. Сам же Александр называл свое войско «русский штык», который смог собрать все свои силы и нанести решающий удар, неожиданный, сильный и необратимый.

А что было дальше?
Подытоживая, можно сказать, что благодаря походу Суворова состоялась битва при Адде. Это событие - настоящий подвиг. Тогда русская армия впервые победила за время похода, воспрянула духом, поверила в свои силы и настроилась на новые, совершенно невероятные победы.
– в августе 1799 г. в планах союзных русско-австрийских войск, действовавших против французов, произошла существенная перемена: Суворов с русскими войсками должен был двинуться из Северной Италии в Швейцарию (ср. Итальянский поход Суворова) и, соединившись там с русским корпусом Римского-Корсакова, стоявшим у Цюриха, действовать против Массены. Между тем, с преждевременным уходом из Швейцарии австрийской армии эрцгерцога Карла, Массена превосходил силами остававшиеся в этой стране союзные отряды, и притом войска его были более сосредоточены. Численность их доходила до 80 тысяч, между тем как в союзных отрядах считалось не более 60 тысяч. Массена не преминул воспользоваться выгодами своего положения и, отделив особые отряды к стороне Северной Италии, главной массой своих сил перешел в наступление против корпуса Римского-Корсакова, стоявшего около Цюриха, и австрийского отряда Гоце, прикрывавшего реку Линту между Цюрихским и Валленштатским озерами. Суворов, узнав о выступлении эрцгерцога Карла из Швейцарии и опасаясь за участь Римского-Корсакова, усиленными маршами двинулся из Алессандрии в Таверну, куда прибыл 4 сентября. Для движения оттуда на соединение с Корсаковым имелись два пути: один вполне безопасный и удобный, но более кружный, вел в верхнюю долину Рейна на город Хур, через Киавенну и гору Сплюген, другой - через Беллинцону, Сен-Готард и долину реки Рейсы к озеру четырех кантонов. Незнакомый ни с топографией нового театра военных действий, ни с расположением и силами находившихся там неприятельских войск, Суворов вынужден был во всем этом положиться на заверения австрийских офицеров генерального штаба. Вследствие этого он избрал более краткий путь, которым полагал, достигнув Швица, выйти в тыл Массены. Одновременно с этим, последнего предполагалось атаковать со стороны реки Линты войсками генерала Гоце (у которого, по присоединении австрийских отрядов, могло быть до 20 тыс.), а со стороны реки Лиммат - корпусом Римского-Корсакова (24 тыс.). План этот послан был на рассмотрение австрийским генералам Гоце и Штрауху; ни тот, ни другой не обратили внимания Суворова на отсутствие дороги вдоль озера к Швицу и на необычайные трудности наступления через Сен-Готард и ущельем Рейсы. При этом австрийцы считали силы Массены не в 80, а только в 60 тысяч, чем еще более вводили в заблуждение русского полководца. Само движение Суворова внутрь Швейцарии было, вопреки ожиданию, замедлено. Еще находясь в Италии и зная, что ему предстоит поход по сплошь гористой стране, он поручил австрийскому генералу Меласу заготовить в Таверне 1400 мулов, для перевозки тяжестей на вьюках, и необходимую горную артиллерию; но мулов там не оказалось и только через несколько дней прислано их было 650 голов. Недостающих мулов заменили казачьими лошадьми, но для этого пришлось спешить до 1 1 / 2 тысяч казаков. Обоз и полевая артиллерия отправлены были кружными путями на Боденское озеро. Суворов принужден был простоять в Таверне почти целую неделю, и только к 10-му сентября удалось более или менее изготовиться для дальнейшего похода. Первое столкновение с французскими войсками генерала Лекурба последовало 13 сентября, при трудном подъеме на гору Сен-Готард, которой удалось овладеть лишь благодаря появлению на фланге французов нашей обходной колонны. 14-го сентября русские войска двинулись далее, долиной Рейсы, овладели почти неприступными позициями у Чертова моста (см. Чертов мост), и авангард наш, под начальством Милорадовича, достиг деревни Вейлен. Лекурб отступил к Флюэлену, где посадил свой отряд на ожидавшие его суда и таким образом спасся от окончательного уничтожения. Между тем Суворов, достигнув Альторфа, увидел, что далее дороги не имелось, и сообщение со Швицем возможно лишь по озеру, на котором неприятель предварительно уже захватил все перевозочные средства. Из Шахенской долины, находящейся против Альторфа, существовала только тропа к верховьям реки Линты, где Суворов мог соединиться с австрийским отрядом Линкена, или же ему надо было, обратясь в Мадеранскую долину, выйти к верховьям Рейна; но ни тем, ни другим путем он не достигал условленного пункта соединения, Швица, и, значит, ставил в опасное положение Корсакова и Гоце, которых предполагал наступающими к намеченному пункту. Отступить по пройденному уже пути было трудно, так как дорога была загромождена вьючным обозом. Между тем, у солдат истощался провиант, вьюки не поспевали, и Суворов мог рассчитывать на пополнение запасов только в Швице. Очутившись в столь критическом положении, он узнал о существовании двух горных троп, ведущих через снеговой хребет Рошток к деревне Муттен, откуда есть дорога в Швиц. Тогда он решился направить по кратчайшей из них всю армию, чтобы непременно дойти до Швица. С рассветом 16 сентября двинулся авангард, под начальством князя Багратиона; за ним должны были идти войска генерала Дерфельдена и Ауфенберга, а затем вьюки. Розенбергу приказано было прикрывать тыл от возможных покушений Лекурба и следовать за вьюками. Переход через Рошток, по тропе, доступной лишь смелым и привычным охотникам, представлял страшные трудности: каждый неверный шаг стоил жизни, и множество людей, лошадей и мулов погибло, сорвавшись с кручи. Лишь через 12 часов этого ужасного пути, авангард достиг деревни Муттен и захватил стоявший там французский пост. Остальные войска растянулись по всему пути и частью провели ночь на снежном перевале; только вечером 17-го числа хвост колонны добрался до Муттена (а переход был всего в 16 верст). Затем еще в течение 2 дней той же дорогой тянулись вьюки. За это время Розенберг удачно отразил два нападения Лекурба, и 17 сентября мог уже спокойно оставить свою позицию и втянуться в Шахенскую долину. Между тем до Суворова стали доходить слухи о поражении Корсакова при Цюрихе, Гоце - на реке Линте; Клентальская долина, отделенная от Муттенской горным хребтом Прагель, оказалась тоже занятой французским отрядом Молитора; со стороны Швица угрожал Массена. Положение наших войск, изнуренных, оборванных, голодных и со всех сторон окруженных неприятелем, представлялось почти отчаянным. 18 сентября Суворов собрал военный совет, на котором решено было, за невозможностью дальнейшего наступления к Швицу (что предлагали австрийские офицеры), силой пробиться через Прагель в Клентальскую долину, к Гларусу. В тот же день австрийская бригада Ауфенберга двинулась на Прагель, сбила неприятельские посты и спустилась на ночь в долину; за ней последовали остальные войска, которые к вечеру 20 сентября собрались у Гларуса. Отступление совершалось под прикрытием временно оставленного у Муттена арьергарда (4 тыс.), под начальством Розенберга, который блистательно исполнил возложенное на него поручение (см. Муттенская долина), и 23-го сентября тоже прибыл к Гларусу. Ауфенберг еще 21-го числа ушел за Рейн, вслед за отступившей австрийской колонной Линкена, и Суворову, предоставленному собственным силам, не оставалось ничего иного, как тоже отойти в долину Рейна, двигаясь по которой, на Хур и Фельдкирх, он притягивал к себе обозы и полевую артиллерию, а затем мог соединиться с Корсаковым. Так и было решено. В ночь на 24 сентября войска двинулись по Зернфтской долине, прикрывшись арьергардом, под начальством князя Багратиона, которому неоднократно пришлось отбиваться от французов. 25-го числа главным силам пришлось переходить через снеговой хребет Рингенкопф, и этот перевал оказался чуть не самым трудным на всем пути: проводники разбежались, поднялась метель, занесшая все следы горной тропы. Орудия пришлось бросить; много людей и более 300 вьюков погибло, сорвавшись в пропасти. 26 сентября русские войска достигли деревни Паникс и только здесь могли вздохнуть свободно после перенесенных лишений и опасностей. 27-го они перешли в Хур, где двухдневный отдых, при обилии продовольствия, был достаточен для восстановления их сил. 1 октября войска стали лагерем у деревни Альтенштат, близ Фельдкирха. Так окончился знаменитый поход, неудавшийся Суворову по совершенно не зависевшим от него обстоятельствам. 19 октября он перевел свои войска в Баварию и расположил их на зимних квартирах между реками Иллер и Лех. Вскоре император Павел, убедившись в невозможности совместных действий с такими союзниками, как австрийцы, приказал Суворову со всеми русскими войсками возвратиться в Россию. За Швейцарский поход