Ганнибал против Рима. Республика на краю бездны
Содержание статьи
Девятилетний мальчик, омывая руки в крови, поклялся отцу, что будет неустанным врагом Рима. Сыну Гамилькара, героя Первой Пунической войны, было уготовано славное, но трагичное будущее, полное побед и поражений. Ганнибал пронёс клятву через всю жизнь, не опустил руки и после капитуляции, продолжив антиримскую деятельность, как в своём государстве, так и в некоторых других. И даже справедливым кажется, что он не увидел, как спустя полвека после знаменитого похода, римляне сравняли Карфаген с землёй и засеяли его солью.
В 2006-ом году BBC выпустила фильм о великом полководце, объединив игровой стиль подачи материала с документальным. Благодаря вплетению художественного начала, появился повод для красивых и смелых трактовок. Так, Ганнибал по версии создателей, одержав три непростые победы после тяжелейшего марша через Пиренеи и Альпы, не стал захватывать и разрушать Рим лишь потому, что не хотел прослыть дикарём. Истинная причина, вероятно, была более прозаична: у ослабленной переходом и сражениями армии просто не хватало сил на осаду самого крупного и хорошо защищённого города мира, способного годами сдерживать армию неприятеля. Да, собственно, и не собирался полководец вести войну на истребление. Его главной целью было заключить мир на унизительных для Рима условиях, забрать назад земли, утерянные в ходе Первой Пунической войны и установить военный контроль Карфагена в Средиземноморском регионе. Поэтому излишне выдумывать глубоко личные причины того, что Ганнибал, не желая ввязываться в неоднозначную авантюру с осадой, отправил гонцов с предложением мира, а после отказа отправился грабить юг Италии.
Легенда о методе преодоления завала в горах с помощью вина и костра также заиграла новыми красками. Теперь его автором стал не военный инженер, но лично Ганнибал, а каменные глыбы сами, как по волшебству, раскололись под действием огня и уксуса. На деле этот хитрый приём, если и использовался на самом деле, был лишь помощью рабочим, кирками пробивавшим себе путь в завале, но уж никак не самодостаточным способом разрушить горную породу. Подобные допущения и упрощения, безусловно, снижают ценность фильма, как представителя жанра документалистики, но в отношении выбранного курса на художественность смотрятся допустимо.
Техническое решение картины, хотя и не блещет особым размахом, имеет вполне достойный уровень. И пусть некоторые битвы в лучших традициях «Игры престолов» тактично показаны уже постфактум, в виде полотнищ-интерпретаций «Апофеоза войны» различной степени суровости, зато главные битвы той войны при Каннах и Заме вниманием не обделены. И хотя главным оружием постановщиков-баталистов остаётся быстрый и рваный монтаж, есть всё же немало сцен, где локальные стычки отрядов смотрятся эффектно и правдоподобно.
В силу уклона фильма в сторону от документальности, особый спрос с актёров, которые в большинстве своём успешно справились с ролями. Александр Сиддиг, исполнивший главную роль на высоком для документального кино уровне, создал яркий образ темпераментного полководца. Благодаря его усилиям Ганнибал предстал не просто историческим персонажем, сочетанием дат и событий, а живым человеком, движимым амбициями и уверенностью в своём военном таланте. Сиддиг представил на экране харизматичную личность с живыми глазами, способную сплотить под одним флагом солдат разных наций и культур, каковой Ганнибал и являлся. Среди прочих сильно выделяется Бен Кросс, сыгравший Фабия Максима, сурового консула, чья тактика избегания крупных сражений с карфагенянами во многом определила судьбу войны. Его чёткая театральная артикуляция и размашистые жесты отлично вписались в образ жёсткого и самоуверенного сенатора.
«Ганнибал» это рассказ о самом дерзком и бравом военном манёвре Древнего мира, о человеке, подошедшем к своей мечте на расстояние вытянутого меча, о преданности стране и клятве. Ганнибал подлетел чрезвычайно близко к своему «солнцу», и оно спалило его, но не сразу: сжигало медленно, на протяжении долгих десяти лет бесконечных маршей и стычек на юге Италии, обескровивших карфагенскую армию. И словно приговор слова соратника: «Ты умеешь побеждать, но не умеешь пользоваться победой». Спустя много лет после начала войны великий полководец, одержавший главные победы при численном перевесе противника, полагаясь на острый тактический ум и неожиданные ходы, пал в итоге от своего же оружия, умело перенятого Сципионом Африканским. Трижды битый Ганнибалом в первые годы войны, он многому научился у врага и хладнокровно переиграл того на чужом поле и по чужим правилам. Так закончилась эпоха Ганнибала-полководца, едва не поставившего великий Рим на колени.
Ганнибал Барка соединяет в своей судьбе роль победителя и своего рода побежденного. Имя этой великой личности окружают множественные домыслы и легенды. Кто такой Ганнибал? Это выдающийся полководец своей эпохи. Он вошел в мировую историю как серьезнейший соперник могущественного Рима, против которого ему удалось пятнадцать лет вести успешную войну, находясь вдали от Карфагена.
О нем много писали римские авторы и историки, представляющие сторону противника. И отдавали ему должное как полководцу, чье военное искусство чаще базировалось на личном героизме. Кто такой Ганнибал в истории: победитель или побежденный?
Он был сыном Гамилькара Барки и происходил из древнего карфагенского торгово-аристократического рода Баркиды, давшего истории немало знаменитых политических деятелей и полководцев. Род брал свое начало от одного из спутников основательницы Карфагена - легендарной царицы Дидоны. Особое влияние имели Баркиды в Испании.
Ганнибал Барка (247-183гг. до н. э.) - самый известный представитель рода Баркидов. Будучи первенцем в семье, он предназначался, по древнему обычаю пунийцев, в жертву богу Ваалу. Но Гамилькар Барка заменил сына ребенком раба, а Ганнибал был переправлен в Иберию и только спустя годы вернулся обратно в Карфаген. Он был воспитан как непримиримый враг давнего противника - Рима - и даже дал перед алтарем клятву всю жизнь бороться с могущественным соперником.
Стоит заметить, что отец и сын сыграли в борьбе между Карфагеном и Римом заметную роль. Она стала своего рода естественным завершением всего предыдущего развития стран Западного Средиземноморья.

Ганнибал участвовал в военных кампаниях в Испании, возглавляемых его отцом, при покорении иберийских племен. В 221 г. до н.э. он был провозглашен главнокомандующим армии Карфагена. Напав в 219 г. на город Сагунт, он фактически спровоцировал В 218 году до н. э. его вторжение в земли Италии нанесло противнику несколько поражений, в том числе и самое значительное из них - при Каннах. Но римляне, перехватив инициативу, перешли в наступление в Испании и в Африке. Карфаген был вынужден обратиться за помощью к Ганнибалу. Вызванный в Африку, он потерпел поражение при Заме, которое повлекло за собой заключение мира с Римом.
Практически нет точных сведений о том, чем занимался Ганнибал в годы после подписания договора. Известно, что его привлекали к суду, обвиняя в присвоении военной добычи, а также в том, что им не был занят Рим. Однако в глазах народа Ганнибал, несмотря на поражение, продолжал считаться национальным героем. Также наказаний за "преступления" не было из-за достаточно сильного влияния Баркидов. К тому же Карфаген нуждался в полководце, способном удержать наемную армию. Он также был назначен на должность высшего должностного лица Карфагена - суффета. За счет проведенной им реформы против олигархов удалось выплатить контрибуции Риму.
Этим действием он нажил себе немало врагов. Его обвинили в антиримских настроениях, в тайных сговорах с Антиохом III - царем Сирии - с целью развязывания войны с Римом. Сенат призвал Ганнибала к ответу, но он не предстал перед Советом старейшин. Предусмотрев ситуацию, полководец уплыл якобы с важной миссией в державу Селевкидов в Тир.
В 186 году до н. э. ему удается перебраться в Прусию, к царю Вифинии, от которого впоследствии потребовали выдачи Барки. Вероятно, выслуживаясь перед римлянами, он выдал Ганнибала. Не желая сдаваться в руки противника, полководец принял яд, который хранился на всякий случай в перстне и был всегда при нем.
Ведется много дискуссий: был ли Барка национальным героем, так ли велика его заслуга в борьбе с Римом, каково его место в истории, кто такой Ганнибал? В первую очередь он был гениальным полководцем. Среди выдающихся стратегов древности: Александра Македонского, Юлия Цезаря, Сципиона и других - занял свое место и Ганнибал. Полководец, который был назван военным историком Теодором Айро Доджем «отцом стратегии». Даже его заклятые враги заимствовали у него многие элементы военного искусства. Современные историки, наряду с римлянами, отдают должное его маневрам, хитрости, надежности разведки и личной отваге.
Мало кто не ответит на вопрос о том, кто такой Ганнибал. Человек, имя которого наводило невероятный страх на римлян. Прославленное выражение «Hannibal ante portas», означающее «Ганнибал у ворот», стало крылатым выражением в Риме. Именно оно прозвучит во время восстания Спартака как олицетворение страха и опасности взятия города.

Ганнибал - который делил тяготы и опасности войны со своими воинами. Он никогда не приказывал другим сделать то, чего не смог бы сделать лично. Одно это завоевало ему немалый авторитет как среди карфагенской армии, так и среди воинов противника.
Это крупнейший стратег своего времени, внесший существенный вклад в развитие мирового военного искусства. Его умение грамотно характеризовать военно-политическую обстановку, тщательно организовать разведку, забота о тыле армии, базах снабжения, глубокое изучение театра военных действий, обеспечение продолжительных переходов своих войск высоко оценили и современные историки.
Основой его армии были а маневренная африканская конница - главной ударной силой. Умелое использование местности, внезапность, превосходное знание тактики своего противника, смелые маневры и решительный удар на поле боя - основные черты тактики Ганнибала, наиболее ярко выраженные в Пример окружения крупнейших сил противника на двух флангах и его полное уничтожение стали венцом военного искусства гениального полководца, которое высоко оценили в свое время его непримиримые враги.
Яд из перстня прервал жизнь величайшей личности в истории. Позднее Цицероном будут произнесены слова о том, что сограждане Ганнибала изгнали его, а у нас враг наш прославлен в памяти и писаниях. И действительно, удивителен тот факт, что именно в писаниях римлян и была сохранена память о Ганнибале Барке для потомков.
Перемирие, которое было заключено со Сципионом осенью 203 г., длилось несколько месяцев, пока в начале весны 202 г. Карфаген не нарушил его.
Для снабжения римской армии продовольствием к берегам Африки направлялись два крупных каравана кораблей: первый из Сардинии, второй из Сицилии. Первый без происшествий достиг пункта назначения, а вот второй, едва миновав мыс Бон, попал в шторм. Корабли сопровождения смогли добраться до мыса Аполлона (Рас-эль-Мекки), но двум сотням тяжелогруженых кораблей повезло меньше.
Часть из них прибило к острову Эгимур (ныне Зембра), другие подошли к западному побережью мыса Бон, в местечке, которое Тит Ливий называет Акве Калиде (дословно «горячие воды»).
Вполне вероятно, что говорится о старинном курорте Акве Карпитане, действующем по сей день и находящемся в Корбусе, напротив Карфагена, по другую сторону залива. Так сказать, кораблекрушение разыгралось прямо на глазах жителей Карфагена, ставших его невольными зрителями. Оголодавшему населению города заманчивой показалась идея воспользоваться содержимым разбитых судов, хотя все, разумеется, понимали, что этим нарушат условия перемирия, заключенного с Римом. В конце концов жадность поборола здравомыслие, и 50 военных судов под водительством наварха Гасдрубала двинулись к пострадавшим от бури римским кораблям, захватили их и привели в карфагенский порт.
Весть о том что противник нарушил перемирие достигла слуха Сципиона одновременно с доставленным из Рима сообщением, что сенат одобрил условия подготовленного им договора. Но перед тем как признать произошедшее свершившимся фактом, он сделал последнюю попытку урегулировать конфликт, послав в Карфаген трех послов, которым поручил поставить пуническую метрополию в известность о том, что Рим одобрил составленный им мирный договор, и потребовать репарацию за пиратскую акцию Карфагена.
Прибыв в Карфагене послы Сципиона повели себя до такой степени надменно, откровенно насмехаясь над упованиями карфагенян на спасительное возвращение , что настроили против себя почти всех сенаторов, из которых только несколько человек остались при мнении, что суда вместе с грузом лучше возвратить. По некоторым из источников, римляне даже едва не оказались жертвами разъяренной толпы, от которой их спасло только вмешательство лидеров антибаркидской группировки - старого Ганнона и некоего Гасдрубала по прозвищу Козленок.
Но, как уже было сказано, большинство сенаторов желали обострения отношений и даже подготовили послам Сципиона западню. Выделенные для сопровождения римской квинкверемы в Кастра Корнелию две карфагенские триремы получили приказ довести «подопечных» лишь до устья Меджерды, где их уже ждали другие три триремы, спрятанные в засаде с целью неожиданного нападения. Этот план смогли осуществить наполовину: большинство римских солдат, охранявших квинкверему, были убиты в схватке, но всем трем послам Сципиона удалось выбраться из битвы живыми и невредимыми.
Теперь уже не было сомнений, что новый виток войны не избежать. Готовясь выступить в поход, Сципион поручил оборону своего лагеря одному из спасшихся послов Л.Бебию Дивесу. В скором времени он уже встречал вернувшихся в Кастра Корнелию из Италии карфагенских «парламентеров», которых сопровождала римская охрана. Узнав о «приеме», который оказали посланцам Сципиона в Карфагене, пунийские дипломаты изрядно перетрусили, но, как утверждает Полибий, Сципион не хотел мстить этим людям за подлость соотечественников и повелел препроводить их домой, не причинив им никакого вреда.
К сожалению, неизвестна точная хронология действий Ганнибала в течение зимы 203/02 г., но логично предположить, что он полным ходом вел приготовление к будущей схватке, так что известие о нарушении карфагенянами перемирия не застало его врасплох. Он запасался хлебом, занимался закупкой лошадей, заключал союзы с вождями нумидийских племен. Так, он смог перетянуть на свою сторону ареакидов, о существовании которых мы и знаем только благодаря этому факту. Массильский вождь Мазетул, незадолго до этого поссорившийся с Масиниссой, увеличил войско Ганнибала еще на 1000 всадников. Напротив, упоминание Диодора о помощи, с которой якобы явился к нему сын Сифакса Вермина, вызывает серьезные сомнения.
Как-то не верится, чтобы Ганнибал отдал приказ казнить 4 000 всадников, прежде воевавших под началом Сифакса, а после переметнувшихся к Масиниссе и, в конце концов, явившихся предложить свои услуги Ганнибалу. Карфагенский полководец очень нуждался в союзниках, чтобы отталкивать от себя нумидийцев. Зато довольно достоверным кажется сообщение Полибия о переговорах Ганнибала с родственником Сифакса, неким Тихеем, который предвидел, что в случае победы римлян Масинисса даст волю своим честолюбивым устремлениям, и поэтому охотно согласился вместе с 2 000 своих всадников вступить в карфагенское войско.
Как только Сципион убедился, что перемирие нарушено, он отправил к Масиниссе гонцов, приказав собирать как можно более многочисленное войско и незамедлительно вести его в долину Меджерды. А сам предпринял опустошительный рейд по всей области, в ту пору богатой и густонаселенной, грабя города и обращая их жителей в рабов. Скоро в Гадрумет, где находилась армия Ганнибала, прибыла целая делегация от сената Карфагена, умолявшая его положить конец разорению и поскорей разбить врага. Полководец довольно надменно ответил, что и без советчиков знает, что ему надо делать; и все-же через несколько дней он оставил Гадрумет и повел свое войско в район Замы.
О Заме Полибий сообщает только то, что находилась она в пяти днях ходьбы от Карфагена, если направляться к западу. Современные историки, долго колебавшиеся, которому из двух одноименных мест под названием Зама-Регия отдать предпочтение, пришли в конце концов к согласию и решили, что историческая битва состоялась поблизости города, впоследствии многократно упоминаемого в древнеримских источниках и служившего резиденцией нумидийским царям, чем, собственно, и объясняется вторая часть имени - Регия (Царская).
Правда, по сей день точно не смогли установить, где именно располагался этот город. Существуют две версии. Согласно первой, древняя Зама - это нынешний Себа Бьяр, отстоящий на 17 км от Мактара; по второй, в большей степени правдоподобной, это местечко под названием Джама, находящееся 30 км северней. Не говоря уже о топонимии, может быть, хранящей следы древнего названия, здесь тоже обнаружено значительное количество старинных развалин.
Но почему же местом битвы стала Зама? По какой причине решающее сражение состоялось так далеко к юго-западу от нижней долины Меджерды, где хозяйничали солдаты Сципиона? Ни Полибий, ни Тит Ливий не пишут относительно передвижений Сципиона, но можно предположить, что он переместился несколько западней, ближе к среднему течению Меджерды, вероятно, спеша навстречу Масиниссе. Не исключено, что Ганнибал, продвигаясь прямиком по направлению массильского царства, надеялся разбить Масиниссу до того, как тот сможет соединиться с римлянами. Как бы там ни было, добравшись до Замы, Ганнибал в первую очередь решил выяснить расположение армии римлян и выслал разведчиков.
Однако они нарвались на вражеский сторожевой отряд и были доставлены к Сципиону. Что же сделал проконсул? Приставив к шпионам карфагенского полководца одного из своих помощников-трибунов, он дал возможность им осмотреть весь римский лагерь, а после отпустил их, порекомендовав честно доложить обо всем что увидели. Похоже на то, Сципион захотел воспроизвести широкий жест Ксеркса, о котором он вполне мог прочесть у Геродота: в свое время персидский царь точно так же обошелся с греческими лазутчиками, засланными в Сарды.
Такая смелость и уверенность в себе римлянина пробудили в душе полководца острое любопытство, и он предложил Сципиону встретиться прежде, чем оба вступят в открытый бой. Через некоторое время он узнал, что в римский лагерь прибыл Масинисса с войском, состоявшим из 6 000 пеших и 4 000 конных воинов. Прекрасно понимая, что предстоящая битва будет иметь для него решающее значение, потому как Карфаген поставил на карту значительно больше, чем Рим, Ганнибал, может быть, надеялся достичь выгодных для себя договоренностей. Но после подхода Масиниссы соотношение сил стало не в его пользу, и теперь тон на переговорах, даже если бы они могли состояться, стал бы задавать римский полководец…
Между тем Сципион снялся с места и перенес свой лагерь в место, которое Полибий назвал Маргарон, а Тит Ливий, почти дословно повторяющий в описании этого эпизода Полибия, именовал Нараггара. Новейшие комментаторы долго бились над разрешением этого противоречия, в попытках определить, кто из двух историков допустил ошибку, пока сравнительно не так давно не появилось предположение, что, вероятно, речь может идти о двух немного отличающихся написаниях одного и того же пунийского топонима, который, вероятно, звучал как «Нахаргара» или «Нахргара». Это предположение косвенно подтверждает тот факт, что в рукописной традиции Тита Ливия встречается также вариант написания «Наркара».
Остается только узнать, где именно находился этот город. Одна Нараггара, которая существовала в римскую эпоху, нам хорошо знакома - это нынешний Сакхиет Сиди Юсеф, находящийся на тунисско-алжирской границе. Против его «кандидатуры» есть лишь одно возражение, но существенное: город отстоит от Замы-Джамы почти на 100 км к западу. Далековато. Впрочем, мы уже видели (на примере той же Замы), что топонимические близнецы встречались в то время весьма часто, потому ничто не может помешать нам допустить, что поселение с таким же именем вполне могло находится неподалеку от Замы, располагаясь несколько северней, вероятно, где-то в районе между вади Тесса и вади Силиана.
Следует отметить, что античные историки такого рода вопросами не задавались. Вслед за современником Цицерона Корнелием Непотом они, недолго думая, поместили решающее сражение в район Замы, и с той поры слово «Зама» звучит для потомков, как свист хлыста, как тревожный сигнал боевой трубы, неизменно вызывая в памяти легендарную битву, в которой встретились два величайших полководца тех времен, больше того, и всей античной истории.
Что до предварительной встречи Ганнибала со Сципионом, то никаких серьезных оснований сомневаться в историчности последней нет. О ней упоминает Полибий, меньше всего склонный драматизировать события в поисках дешевых эффектов, а ведь он был в привилегированном положении, потому как благодаря близости к семейству Сципионов имел доступ к самым надежным источникам.
И если Тит Ливий попытался изложить это событие в собственной, гораздо более торжественной «аранжировке», по мотивам которой впоследствии была создана целая серия гобеленов (по картинам Джулио Романо), то греческий историк довольствовался скупой ссылкой на то, что такая встреча имела место, при этом проходила с глазу на глаз, если не считать присутствия нескольких конных телохранителей с той и другой стороны.
Ганнибал Барка играл по-крупному, понимая, что даже блестящая победа даст возможность ему только освободить африканскую территорию Карфагена, тогда как поражение будет означать полное подчинение власти Рима. Но все-же Ганнибал оставался Ганнибалом, говоря по другому, живой легендой. И он, как утверждает Полибий, постарался надавить на своего соперника, который к тому же был на 12 лет младше его. Он предложил Сципиону не рисковать и принять его условия, в целом вполне устраивавшие Рим: Карфаген отказывается от Сицилии, Сардинии, Испании и всех островов, лежащих между Африкой и Италией.
На самом деле Карфаген, согласись Сципион принять сделку, терял бы гораздо меньше, чем предусматривали статьи договора, разработанного проконсулом и одобренного, Советом старейшин, того самого договора, который Карфаген первым и нарушил. И Сципион отказался. Или Карфаген признает власть Рима, заявил он, или все будет решать оружие.
Приготовление, начало битвы при Заме
На другой день, ранним утром началась битва при Заме. Шел, как мы помним, 202 год. Ганнибал выставил около 50 000 воинов, включая балеарцев, галлов, лигуров и мавров, которых удалось навербовать Магону несколькими годами ранее. Ядро его армии составляла пехота, имевшая в своих рядах немало испанских и африканских ветеранов, а также италиков, пришедших вместе с ним с Бруттия, и, в конце концов, карфагенских и ливийских солдат, мобилизованных чуть ранее Гасдрубалом, сыном Гискона.
Согласно Аппиану, у Сципиона в битве при Заме, было в распоряжении 23 000 пехотинцев плюс 6 000 воинов Масиниссы. Основное его преимущество перед армией карфагенян было в наличии более многочисленной и более опытной конницы. Зато пунийцы смогли выставить 80 слонов, поставив их впереди своего боевого строя. Сразу за слонами Ганнибал выставил отряды наемников, вторую линию образовывали ливийцы и карфагеняне из бывшей армии Гасдрубала. Тит Ливий, правда, утверждал, что в битве участвовала и одна македонская фаланга, якобы присланная Филиппом; но это представляется сомнительным, тем более что в остальных источниках ни о каких македонянах не упоминается.
Третья линия карфагенского построения, отодвинутая от первых двух на расстояние стадия (около 200 метров), состояла из ветеранов италийской кампании. По сути, это была старая гвардия полководца, и неудивительно, что сам Ганнибал занял место в ее радах. На левом фланге выстроилась конница союзников-нумидийцев; на правом - карфагенская конница. На основе этих данных мы, в крайнем случае, можем судить о том, какую тактику собирался применить Ганнибал. Малочисленность кавалерии не давала возможности ему повторить окружающий маневр, с таким блеском использованный .
Все, на что он мог рассчитывать с помощью своей конницы, - это сдержать натиск мощной кавалерии римлян и прикрыть от удара своих ветеранов; как мы в скором времени убедимся, именно это он и попытался сделать, впрочем, не вполне успешно. Главные свои надежды он связывал с пехотой, выстроенной с таким расчетом, чтобы бросать ее в бой постепенно, частями. По его замыслам, слоны должны были расчистить дорогу отрядам наемников, и только потом на вражескую армию обрушилась бы вторая линия его пехотинцев.
Свои отборные войска он приберег напоследок, предполагая в случае успеха довершить их силами разгром неприятеля, или, если военная удача отвернется от него, организовать с их помощью отступление и свести к минимуму свои потери. Сципион тоже расположил свои войска в три линии, прибегнув к привычному для римской армии того времени построению. Впереди находились самые молодые солдаты-копейщики, в действительности вооруженные вовсе не копьями, а дротиками; за ними выстроились тяжеловооруженные принципы; наконец, третий ряд составили триарии - самые опытные бойцы, вооруженные пиками, которые одни были способны переломить ход сражения в свою пользу.
Но кое в чем, Сципион отступил от правил. Вместо принятого расположения в шахматном порядке, при котором принципы как бы закрывали собой промежутки в строю копейщиков, он выстроил одних за другими, оставив между их рядами длинные коридоры, тянувшиеся перпендикулярно к линии фронта - сюда, по замыслу Сципиона, должны были ринуться вражеские слоны. Параллельно передней линии он также предусмотрел значительные промежутки, чтобы обеспечить свободой маневра легковооруженных велитов.
Римскую конницу, занявшую левый фланг, возглавил Лелий; на правом фланге расположился Масинисса со своим войском, включая пеших и конных бойцов, при этом часть его легковооруженных пехотинцев выстроилась позади римского войска в качестве резерва.
Согласно Полибию, битва при Заме, проходило в два отчетливо различимых этапа. После взаимных предварительных кавалерийских наскоков на противника выдвинулись слоны Ганнибала, но ожидаемого успеха эта операция не принесла: часть животных сразу же повернула вправо, а остальные устремились в коридоры, оставленные Сципионом в своем войске, практически не причинив римским солдатам никакого вреда. Схватка пехотинцев тоже развивалась вовсе не так, как на это рассчитывал Ганнибал, надеявшийся, что первая линия его воинов сможет смять передовую римскую пехоту.
В действительности же под натиском копейщиков Сципиона дрогнули именно карфагенские ряды, так что вторая их линия вступила в схватку в обстановке начавшейся сумятицы. Они откатились на пустое пространство, оставленное карфагенским полководцем перед строем ветеранов, и тогда, стремясь избежать всеобщего смешения, Ганнибал приказал своей гвардии разделиться надвое и сгруппироваться по флангам бывшей линии фронта. После этого битва вступила в свою вторую фазу.
Сципион собрал копейщиков в центре, а по бокам от них выставил принципов и триариев. Теперь обе армии стояли друг против друга, каждая вытянувшись в единую линию одинаковой протяженности. У ветеранов Ганнибала в этих условиях сохранялись неплохие шансы на победу, но в тот момент, когда битва была в самом разгаре, на помощь своим подоспели всадники Лелия и Масиниссы, бросившие преследовать карфагенскую конницу и вернувшиеся на поле сражения.
Напав с тыла на лучшие части армии Ганнибала, они не оставили от них камня на камне. К концу дня выяснилось, что потери римлян составляют от силы 2 000 воинов, тогда как у карфагенян полегло около 20 000 солдат, да еще почти столько же оказалось в плену. Ганнибал с небольшим отрядом всадников покинул место битвы и укрылся в Гадрумете…
Ганнибал, полководец, на протяжении 17 лет воевавший с Римом, последний из правителей Карфагена, считается одним из величайших людей древности. Этот великий муж, проведший свои детские годы в военном лагере, в дальнейшем стал непримиримым врагом Рима. Одни его уважали, другие боялись, о нем слагали легенды. Об этом человеке и пойдет речь в статье. Что это за человек, где родился, в каком городе жил древний полководец Ганнибал - обо всем этом читайте далее.
Происхождение и становление Ганнибала
Ганнибал, ставший впоследствии великим полководцем и грозой Рима, родился в 247 году до н. э. в Карфагене, государстве, располагавшемся в Северной Африке. Отец его, Гамилькар Барка, был карфагенским военачальником и государственным деятелем. Известно, что в тот период, когда Ганнибалу не исполнилось еще и десяти лет, отец взял его с собой в завоевательный поход на Испанию. Проведший свое детство в полевых лагерях и походах, постепенно приобщался к воинскому делу маленький Ганнибал.
Полководец Гамилькар, перед тем как взять сына с собой, потребовал от него принести священную клятву, согласно которой Ганнибал обязался до конца своих дней быть непримиримым врагом Рима. Спустя многие годы он сдержал эту клятву сполна и стал достойным преемником своего отца. Именно благодаря этому эпизоду выражение «Ганнибалова клятва» впоследствии стало крылатым.
Принимая участие в походах отца, он постепенно приобретал военный опыт. Военная служба Ганнибала начиналась с должности начальника конницы. На этот момент Гамилькара уже не было в живых, и Ганнибал вступил в войско под предводительством своего зятя Гасдрубала. После того как тот погиб в 221 году до н. э., Ганнибал был избран испанской армией своим вождем. К тому моменту он уже успел заработать среди солдат определенный авторитет.
Общая характеристика личности
Полководец Ганнибал, биография которого практически полностью состоит из эпизодов военных сражений, в юности получил хорошее образование, о чем позаботился его дальновидный отец. Даже будучи главнокомандующим, Ганнибал стремился расширять свои знания, изучал иноземные языки. Ганнибал был достаточно примечательной личностью и обладал многими талантами. Он имел хорошую физическую подготовку, был искусным и отважным воином, внимательным и заботливым товарищем, неутомимым в походах и умеренным в пище и сне. Свои достижения он ставил в пример солдатам, которые, между прочим, любили и уважали его, а главное - были преданны ему.

Но на этом список преимуществ Ганнибала не заканчивается. Он обнаружил в себе талант стратега еще в 22-летнем возрасте, будучи начальником конницы. Весьма изобретательный, для достижения желаемых результатов прибегал к всевозможным хитростям и уловкам, анализировал характер своих противников и умело использовал эти знания Ганнибал. Полководец, чья шпионская сеть распространялась даже на Рим, благодаря этому всегда был на шаг впереди. Он был не только гением войны, но также обладал и политическими талантами, которые в полной мере проявил в мирное время, занимаясь реформой карфагенских государственных учреждений. Благодаря этим талантам он стал весьма влиятельным человеком.
Помимо всего вышеперечисленного, Ганнибал обладал уникальным даром властвовать над людьми. Это выявлялось в его умении держать в повиновении разноязычную и разноплеменную армию. Никогда воины не смели ослушаться его и беспрекословно подчинялись ему даже в самые трудные времена.
Начало Второй Пунической войны
До того как Ганнибал стал главнокомандующим испанской армии, его отцом Гамилькаром в Испании была создана новая провинция, приносившая доход. В свою очередь, преемник Гамилькара Гасдрубал заключил с Римом соглашение, согласно которому карфагеняне не имели права пересекать реку Ибер, то есть продвигаться вглубь европейского континента. Также недоступными для Карфагена оставались некоторые прибрежные земли. При этом в самой Испании Карфаген обладал правом действовать на свое усмотрение. Ганнибал, полководец Карфагена, имел все необходимые ресурсы для ведения войны, однако правительство, которому он был вынужден подчиняться, предпочло сохранить мир.
Таким образом, карфагенский полководец решил действовать хитростью. Он пытался спровоцировать Сагунт, находившуюся под патронатом Рима испанскую колонию, и вынудить ее нарушить мир. Однако сагунтцы на провокации не поддались и пожаловались Риму, который вскоре прислал в Испанию комиссаров с целью урегулирования ситуации. Ганнибал продолжил накалять обстановку, надеясь спровоцировать послов, но те сразу поняли суть происходящего и предупредили Рим о надвигающейся угрозе.

Через некоторое время сделал свой ход Ганнибал. Полководец сообщил в Карфаген о том, что сагунтцы якобы перешли грань дозволенного, затем, не дожидаясь ответа, приступил к открытым военным действиям. Такой поворот событий поверг в шок карфагенское правительство, которое, впрочем, не предприняло никаких серьезных шагов. Спустя несколько месяцев осады Ганнибалу удалось захватить Сагунт.
Шел 218 год до н. э.. Рим потребовал от Карфагена выдачи Ганнибала, но, так и не дождавшись ответа, объявил войну. Таким образом началась Вторая Пуническая война, которую некоторые древние источники также называют «Ганнибаловой войной».
Поход в Италию
Римляне рассчитывали провести военную операцию, согласно предусмотренному для подобных случаев плану. Они намеревались разделить армию и флот между двумя консулами, один из которых должен был начать военные действия в Африке, в непосредственной близости от Карфагена. Вторая часть войска должна была противостоять Ганнибалу. Тем не менее Ганнибал сумел повернуть ситуацию в свою пользу и разрушить планы Рима. Он обеспечил прикрытие Африки и Испании, а сам во главе войска, состоявшего из 92 тыс. человек и 37 боевых слонов, направился пешим путем в Италию.

В сражениях между рекой Ибер и Пиренеями Ганнибалу довелось потерять 20 тыс. человек, еще 11 тыс. ему пришлось оставить в Испании для удержания завоеванных территорий. Далее он последовал вдоль южного побережья Галлии по направлению к Альпам. В долине Роны путь ему попытался преградить один из римских консулов, однако сражения так и не произошло. Это был тот самый Публий Корнелий Сципион, римский полководец, победивший Ганнибала в конце войны. Для римлян стало очевидным то, что Ганнибал намеревается вторгнуться в Италию с северного направления.
В то время как карфагенский полководец приближался к Италии, обе римские армии уже направлялись на север, навстречу ему. Однако на пути у Ганнибала появилась еще одна преграда - Альпы, переход через которые длился 33 дня. Весь этот долгий путь из Испании в Италию основательно измотал войско карфагенского полководца, которое за это время сократилось примерно до 26 тыс. человек. В Италии Ганнибалу удалось одержать ряд побед, даже несмотря на то, что противник поспешно перебрасывал сюда значительные подкрепления. Лишь в Цизальпинской Галлии войско Ганнибала получило отдых и пополнение за счет отрядов поддержавших его местных племен. Здесь он решил провести зиму.
Противостояние в Италии. Первая громкая победа
Весной Ганнибал был готов продолжить наступление на Рим, но на его пути на этот раз встали две неприятельские армии. Он, как искусный стратег, решил не вступать в сражение ни с одной из них, а попытался обойти противника. Для этого армию пришлось четыре дня вести через болота, что повлекло за собой немало потерь. В пути войско потеряло всех оставшихся слонов, значительную часть лошадей, а сам Ганнибал в результате воспалительного процесса лишился одного глаза.
Преодолев болота, карфагенский полководец совершил несколько набегов, тем самым продемонстрировав свое намерение идти на Рим. Фламиний, один из консулов, оставил свою позицию и забыв о всяких предосторожностях, направился туда, где был замечен Ганнибал. Карфагенский полководец только этого и ждал; пользуясь случаем, он устроил Фламинию засаду. Когда тот со своей армией вошел в долину Тразименского озера, Ганнибал, засевший с войском на близлежащих холмах, напал на римского консула. В результате этого маневра армия Фламиния была уничтожена.
Ганнибалу противостоит диктатор Квинт Фабий Максим. Затруднительное положение Ганнибала и новая победа
В экстренном порядке римское правительство приняло решение наделить диктаторскими полномочиями Квинта Фабия Максима. Тот избрал особую тактику ведения войны, которая заключалась в том, что римляне должны были избегать решительных сражений. Фабий попросту намеревался измотать противника. Стоит отметить, что такая тактика диктатора имела свои преимущества, но в Риме сочли Фабия чересчур осторожным и нерешительным, поэтому в следующем, 216 году до н. э., его сняли с должности диктатора.
Как уже говорилось, тактика Фабия дала некоторый результат. Ганнибал пребывал в затруднительном положении: его армия была истощена, а Карфаген практически не оказывал поддержки. Однако баланс сил кардинально поменялся после того, как Гай Теренций Варрон, один из консулов Рима, допустил непростительную оплошность. В его распоряжении имелось войско, в значительной степени превышающее численность армии, которой командовал Ганнибал. Полководец Карфагена, однако, имел значительное преимущество в виде 14 тыс. конных всадников против 6 тыс. имевшихся в распоряжении Рима.

Легендарное сражение произошло под Каннами, где располагался Ганнибал. Его позиция была заведомо выигрышной, но консул Варрон не учел этого и бросил свои войска в атаку, в результате чего был наголову разбит. Сам он сумел спастись, а вот другой римский консул, Павел Эмилий, был убит.
В результате такой сокрушительной победы Ганнибал приобрел множество новых союзников, среди которых были Капуя, Сиракузы, Македония и другие регионы.
Невозможность осады Рима. Начало полосы неудач
Несмотря на достижения, которых добился Ганнибал, карфагенский полководец вряд ли мог рассчитывать на успешную осаду Рима. Попросту говоря, он не обладал теми ресурсами, которые были так необходимы для этого. Ганнибал заручился поддержкой бывших союзников Рима, также он получил возможность дать отдых своим измотанным войскам. Но он так и не дождался весомой поддержки со стороны самого Карфагена, правители которого, по всей видимости, не обладали дальновидностью.
Шло время, Рим постепенно восстанавливал силы. Город Нола стал тем местом, где впервые потерпел поражение Ганнибал. Римский полководец консул Марцелл сумел отстоять город, и с этого момента, пожалуй, везение карфагенян закончилось. На протяжении нескольких лет ни одна из сторон так и не сумела добиться значительного преимущества, однако в дальнейшем римлянам удалось взять Капую, тем самым вынудив Ганнибала уйти в защиту.

К тому времени стало вполне очевидным то, что на помощь Карфагена особо рассчитывать не стоит, ведь его правящая верхушка, которую больше всего интересовала прибыль от торговли, заняла в этой войне какую-то неясную пассивную позицию. Поэтому в 207 году до н. э. Ганнибал призывает из Испании своего брата Гасдрубала. Римляне приложили все усилия для того, чтобы помешать войскам братьев объединиться, вследствие чего Гасдрубал был дважды побежден и впоследствии вовсе убит. Так и не получив подкрепления, Ганнибал уводит свое войско в Бруттий, на самый юг Италии, где он в течение последующих трех лет продолжает войну с ненавистным Римом.
Возвращение в Карфаген
В 204 году до н. э. римский полководец, победитель Ганнибала Сципион высаживается в Африке и начинает там войну против Карфагена. В связи с этим карфагенское правительство вызвало Ганнибала для защиты города. Тот попытался вступить в переговоры с Римом, но это ни к чему не привело. В 202 году до н. э. состоялось решающее сражение, поставившее точку во Второй Пунической войне. В этом сражении войско Ганнибала потерпело сокрушительное поражение. Победитель Ганнибала - древнеримский полководец Публий Корнелий Сципион.

Через год между Карфагеном и Римом было подписано мирное соглашение, условия которого оказались весьма унизительными для проигравшей стороны. Сам Ганнибал, по сути являвшийся зачинщиком Второй Пунической войны, был реабилитирован и даже получил право занять высокую должность в карфагенском правительстве. На поприще государственной деятельности он также проявил себя в качестве личности талантливой и дальновидной.
Бегство и смерть
Вполне вероятно, что Ганнибал так и не расстался с мыслью о возможности возобновления войны с Римом. Некоторые источники утверждают, будто бывший полководец, вынашивая планы мести, вступил в сговор с Антиохом III, сирийским царем, который находился в напряженных отношениях с Римом. Правителям Рима стало известно об этом, и они потребовали выдачи мятежного карфагенянина. В связи с этим Ганнибал, великий полководец Карфагена, в 195 году до н. э. был вынужден искать убежища в Сирийском царстве.
В дальнейшем Ганнибал принял участие в противостоянии Антиоха и Рима, которое обернулось поражением сирийского царя. Условия, которые выдвинул Рим, включали в себя также и выдачу Ганнибала. Узнав об этом, в 189 году до н. э. он снова пустился в бега. Источники, дошедшие до наших дней, предоставляют разную информацию относительно того, в каком городе жил полководец Ганнибал, после того как ему пришлось покинуть Сирийское царство. Известно, что он побывал в Армении, затем на Крите, а также в Вифинии.

В конечном счете Прусий, царь Вифинии, предал Ганнибала, договорившись с Римом о выдаче беглеца. Великий карфагенский полководец, которому на тот момент уже исполнилось 65 лет, предпочел принять яд и уйти из жизни, нежели сдаться в плен своему извечному врагу.
Источники
Краткую историю жизни Ганнибала составил древнеримский историк Корнелий Непот, живший в I веке до н. э. Такие римские историки, как Тит Ливий, Полибий и Аппиан, описавшие ход событий Второй Пунической войны, в некоторой степени восхищались карфагенским полководцем как одним из величайших врагов Рима. Эти историки описывали Ганнибала как человека закаленного и волевого, храброго воина и верного товарища. По их словам, он никогда не брезговал находиться среди простых солдат, всегда был готов разделить с ними все тяготы воинской жизни, в сражение вступал первым и покидал его последним. Корнелий Непот рассказывает о том, что Ганнибал - известный полководец, первоклассно владевший греческим и латинским языками и даже написавший несколько книг на греческом языке.
Единственное изображение Ганнибала, выполненное во время его жизни - это его профиль на карфагенской монете, которая была отчеканена в 221 году до н. э., как раз в тот период, когда он был избран главнокомандующим.
Также Ганнибалу приписывают следующие слова: «Не Рим, а карфагенский сенат победил меня». И ведь действительно, окажи правящая верхушка Карфагена больше поддержки своему воюющему против Рима полководцу, кто знает, каким бы был в этом случае исход Второй Пунической войны. Даже Сципион, римский полководец, победитель Ганнибала, возможно, одержал победу только благодаря стечению обстоятельств, воспользовавшись ситуацией, сложившейся в его пользу.
Вот такой жизненный путь прошел Ганнибал - легендарный полководец, который так и не сумел изменить ход истории. Почему все было так, как было, а не иначе, - об этом судить не беремся, однако трудно не согласиться с тем, что Ганнибал действительно является одним из самых ярких персонажей в истории человечества.
История знает немало случаев, когда единственный человек олицетворяет собой всю эпоху. Одним из таких исторических персонажей был Ганнибал, сын Гамилькара, карфагенского полководца последних лет Первой Пунической войны, названный божественным именем (дословно "Ганнибал" - "благоволение Ваала") - он по самому факту рождения был врагом Рима и посвятил всю жизнь войне с Республикой.Ганнибал Барка
Помимо традиционного карфагенского образования Ганнибал обучался греческому языку и эллинской культуре. Всё детство и юность он провёл в военных походах и лагерях. Ганнибал развивал свой ум и талант полководца, получил военную закалку и воспитывался в армейских условиях. «Он первым вступал в бой и последним покидал поле брани», - говорили о нём историки. Враги не могли простить ему многочисленные победы скорее за счёт смекалки, чем ценой жизни солдат. Ветераны карфагенской армии видели в Ганнибале вернувшегося к ним Гамилькара, молодые солдаты уважали за заботу о людях. Командующим армией Ганнибал стал в двадцать восемь лет.
Ганнибал вошёл в историю как один из величайших полководцев и стратегов, едва не уничтоживший Рим. Согласно легендам, он поклялся пред смертным ложем отца, что не успокоится, пока Рим не падёт. Как известно, боги распорядились иначе.
Начало войны.
Мир, заключённый с Римом по итогам
Первой Пунической войны , не мог длиться долго. Ганнибал прекрасно понимал это и готовился к новой войне за господство над Средиземноморьем. Чтобы не повторять ошибок предыдущего конфликта и не воевать с Республикой до полного истощения ресурсов, карфагенянам необходимо было взять Рим - другого выхода попросту не существовало.
Ганнибал прекрасно понимал, что попытка высадки в Италию с моря закончится тем, что до Рима не дойдёт ни один карфагенский солдат - у Рима была прекрасно налаженная разведывательная служба, и возможный десант встретил бы республиканский флот на море и легионы на суше. Оставался единственный путь - по суше, через карфагенскую Испанию.
Владения Карфагена и Рима к началу Второй Пунической войны
Подобно Первой Пунической, Вторая война началась с незначительного конфликта на спорной территории. В 219 г. до н.э. римляне организовали в Сагунте - карфагенском городе на востоке Испании - переворот, установив там власть враждебной Карфагену партии. В ответ на это Ганнибал осадил город. Незамедлительно последовал обмен обвинениями в нарушении обязательств: Рим выразил протест и потребовал снять осаду, Карфаген заявил, что вмешательство в дела Сагунта противоречит ранним договоренностям. Столкновение стало неизбежным.
После взятия Сагунта и укрепления своих позиций в Испании Ганнибал решился на переход через Пиренеи. Чтобы не оставлять открытый тыл, он оставил в завоёванных землях одиннадцатитысячное войско под предводительством своего брата. Сам Ганнибал возглавлял армию из пятидесяти тысяч пехотинцев и девяти тысяч всадников. Карфаген помнил об ошибках прошлого конфликта, поэтому эти воины уже не были наёмниками, большинство из них составляли ливийцы и испанцы. Часть армии отказалась от пиренейского похода и была распущена, некоторые дезертировали, но основной костяк был готов идти на Рим.
Переход через Пиренеи тяжело дался Ганнибалу и его воинам. Ожесточённое сопротивление оказывали галльские племена, люди и животные погибали в тяжёлых условиях гор. Чтобы достичь Роны, карфагенянину пришлось всё лето вести бои с галльскими племенами, а чтобы переправиться через неё - вступить в тяжёлое сражение.
Из Галлии Ганнибал мог пройти в Италию либо побережьем, где ему предстояло бы столкнуться с сильной римской армией консула Публия Корнелия Сципиона, либо напрямую - через Альпы. Решив не затягивать войну и любой ценой дойти до Рима, Ганнибал направился прямиком в горы, надеясь атаковать с северо-запада плохо защищённые римские границы. Публий Сципион также уклонился от сражения, направив большую часть своих войск в Испанию.
Поход через Альпы.
Альпийский поход был очень рискованной затеей, но именно он и прославил Ганнибала в веках. За семнадцать дней перехода армия потеряла больше половины людей и слонов, переправить которых по узким горным тропам было особенно тяжёлой задачей. В первые дни похода карфагеняне не встречали особого сопротивления, пока не перешли реку Друенцию и не начали восхождение. По мере приближения к Альпам воинов Ганнибала охватил ужас при виде непреодолимых гор и ледников, «почти сливающихся с небесным сводом». Следовало учитывать, что предгорья были населены враждебными галлами, отлично знавшими местность и горные тропы, отчего их атаки становились непредсказуемыми.
С большим трудом и огромными потерями на девятый день карфагеняне достигли перевала, где встали на двухдневный отдых. Впереди армию ждал спуск по склонам куда более крутым, чем те, что пришлось одолевать на подъёме. Вдобавок к этому, в Альпах пошёл снег, совершенно непривычный для карфагенской армии. Войско охватило уныние. Именно тогда, как гласит ещё одна легенда, Ганнибал произнёс воодушевляющую речь, которую донёс до нас историк Тит Ливий:
Теперь вы одолеваете стены не Италии только, но и Рима. Отныне всё пойдёт как по ровному, отлогому склону; одна или, много, две битвы отдадут в наши руки, под нашу власть крепость и столицу Италии.
В конце спуска карфагеняне наткнулись на неприступную скалу, обойти которую было невозможно из-за льда и смёрзшейся грязи. По свидетельству упомянутого Тита Ливия, «...Ганнибал развёл огромный костёр. Когда костёр выгорел, карфагеняне залили раскалённый камень уксусом, превращая его этим в рыхлую массу. Таким образом, Ганнибал взрывал горную породу с помощью уксуса. Потом, сломав железными орудиями растрескавшуюся от действия огня скалу, карфагеняне сделали её проходимой, смягчая плавными поворотами чрезмерную крутизну, так что могли спуститься не только вьючные животные, но и слоны. Всего у этой скалы было проведено 4 дня, причём животные едва не умерли в это время от голода».
Местные племена галлов встретили Ганнибала как освободителя и присоединились к его войску. Отнесись они к Ганнибалу враждебно, поход так и закончился бы в альпийских предгорьях, поскольку с Альп спустилось только 26 тысяч воинов.
Ганнибал в Италии.
Тем не менее, в Риме к этой кажущейся незначительной угрозе отнеслись с предельной серьёзностью. Сенат немедленно мобилизовал все доступные людские ресурсы и собрал армию из 300 000 пехотинцев и 14 000 всадников. В резерве Республики оставалось ещё до полумиллиона взрослых мужчин, способных влиться в состав легионов.
Первое столкновение произошло в декабре 218 г. на берегах Тичино. Армия Ганнибала уступала римлянам в пехоте, но вдвое превосходила по числу конных - под командование карфагенянина перешли некоторые цизальпинские галлы. Полководец понимал, что уставшая от походов и хуже снаряжённая армия не сможет противостоять римлянам во фронтальной атаке, и решил действовать хитростью. Армии расположились по разным берегам реки, небольшой отряд карфагенской конницы переправился через Тичино и отступил назад, спровоцировав римлёян на преследование. Римские легионеры перешли на другой берег и сразу столкнулись с войском Ганнибала. Когда завязалось пешее сражение, в тыл римлянам ударила ожидавшая в укрытии карфагенская конница, обратив противника в бегство.
После победы Ганнибал решил укрепиться на севере Италии, не рискуя атаковать Рим. Он рассчитывал набрать союзников, однако только галлы согласились в открытую выступить против Рима и присоединиться к врагам Республики. Кроме того, поджимало время - из-за болезни, полученной в походах, Ганнибал потерял зрение на одном глазу, отсутствовало снабжение и финансирование из Карфагена.
В марте 217 г. новые римские консулы Гай Фламиний и Гней Сервилий направились на север, чтобы остановить поход карфагенян. Ганнибал столкнулся с тридцатитысячной армией Фламиния у Тразименского озера и разгромил её, в очередной раз схитрив: заманил римлян в ловушку в долине озера и атаковал с тыла. После этого под контролем Ганнибала была уже вся Северная Италия.
Невзирая на видимые успехи, Ганнибал не торопился идти на Рим, защищённый в полном соответствии со статусом столицы. Карфагенская армия была недостаточно сильна для взятия города и не имела осадных орудий, римляне же обладали многочисленным и прекрасно обученным войском. Более того, захватить столицу - это только половина победы, Рим требовалось ещё и удержать. Ганнибал рассчитывал на поддержку римских провинций, надеясь, что, видя поражения республиканской армии, италики перестанут поддерживать Рим. На протяжении всего 217 г. он двигался по полуострову, стараясь переманить италийские полисы на свою сторону и выбирая наилучшую базу для подготовки к генеральному сражению за Рим. Ни то, ни другое не увенчалось успехом. Карфаген, тем временем, также не торопился помогать своему полководцу в Италии, так как Испания с её богатейшими рудниками находилась под ударом римской армии.
Рим старался получить максимальную выгоду от нерешительности своего врага. Выбранный диктатором Квинт Фабий Максим использовал тактику «мастерского бездействия», не ввязываясь в сражения с Ганнибалом. Максим справедливо полагал, что армия противника не сможет долго продержаться без поддержки Карфагена и ослабеет от голода, разногласий и болезней. Молчаливое противостояние длилось около года, пока разорение италийских земель Ганнибалом не вызвало волну негодования римского плебса. В помощь (хотя, скорее, в нагрузку) Максиму был назначен второй диктатор - Марк Мунций Руф. Мунций незамедлительно вступил в сражение с Ганнибалом при Геронии и проиграл.
Каннская битва.
Война затягивалась. Рим больше не мог терпеть армию врага на своей земле, а враг не торопился разбиваться о римские стены. В 216 г. на место диктатора Фабия назначили консулов Гая Терренция Варрона и Луция Эмилия Павла, в чьё распоряжение Сенат передал войско в 80 000 пехотинцев и 7 000 всадников. Армия Ганнибала на тот момент включала 40 000 пехотинцев и 10 000 и всадников соответственно.
Очередная битва состоялась у города Канны, захваченного карфагенянами ради пополнения запасов провизии. Римляне разбили лагерь неподалёку. Как бы странно это ни звучало, консулы командовали армией по очереди - через день. Теренций Варрон хотел незамедлительно атаковать врага и быстрее вернуться в столицу за триумфом, Эмилий Павел не хотел рисковать, считая позицию римлян невыгодной. 2 августа 216 г., в день командования Варрона, легионеры двинулись в атаку.
Ганнибал завлёк Варрона на широкую равнину, идеально подходящую для конницы. В центре поля он расположил галлов, втайне ожидая, что те не выдержат фронтального удара римских легионов. Во время битвы галлы побежали, и преследовавшие их римляне оказались в котле. Карфагенская конница и ливийские ветераны атаковали римлян с флангов и тыла, захлопнув ловушку. Римская армия попала в окружение, потеряла манёвренность и была почти полностью уничтожена: пало 44 000 легионеров, в их числе консул Эмилий Павел. Уцелевшие десять тысяч римлян вместе с Варроном бежали в Канузий. Ганнибал потерял 6 000 бойцов, две трети которых были галлами.
Гибель Эмилия Павла. Джон Трамбулл, 1773
Настолько сокрушительное поражение Рима удалось благодаря непревзойдённому полководческому мастерству Ганнибала. Гегемония Рима в Южной Италии пошатнулась, дорога на столицу была открыта.
Но даже победа при Каннах не вселила в Ганнибала уверенность в победе над Римом. Он опасался, что в случае осады столицы за оружие возьмутся все граждане Республики. Вместо атаки на Вечный Город он начал набирать союзников: самниты, бруттии, луканы, даже Сиракузы и Македония готовы были присоединиться к Ганнибалу, чтобы довершить расправу над изрядно надоевшим всем Римом. Карфаген отправил полководцу небольшие подкрепления, более для того, что выразить одобрение его успехам. Ганнибал захватил Капую и вёл незначительные бои на юге Италии.
В Риме нарастала паника - Сенат оставил в городе маленький гарнизон, не способный к серьёзной обороне. Матроны из знатных семей бежали, рыдая, в храмы, где своими волосами вытирали статуи богов. Вдовы павших воинов, ради сохранения знатного рода, сходились с рабами и чужеземцами - невиданная для спесивых римлян практика! Сенат даже санкционировал человеческие жертвоприношения, полагая, что беды республики вызваны немилостью богов.
Ганнибал считает кольца павших римских всадников. Себастьян Слодтц, 1704
Историк Полибий писал, что римляне «опаснее всего именно тогда, когда оказываются перед смертельной угрозой». Всё население Лация бросилось спасать Республику в яростном желании отстоять Рим. На снаряжение армии люди несли свои сбережения. Все мужчины, способные держать оружие, стали под алые вексиллумы легионов. В армию брали даже рабов, обещав им в случае победы свободу. Настало время римского реванша.
Римляне осадили Капую. Чтобы отвлечь легионеров, Ганнибал подошёл на расстояние в несколько миль от Рима - и ближе к столице республики он уже никогда не оказывался. Встретив на пути ещё 200 000 человек против своих 40 000, он был вынужден отступить на юг. В 211 г. Капуя вернулась Риму, карфагеняне отошли в Бруттию.
Судьба ещё даст Ганнибалу шанс отыграться. Впереди его будет возвращение в Карфаген, заключение мира с Римом и бегство в Антиохию. А нам остаётся только догадываться, о чём думал полуслепой воин, оттеснённый бесчисленной лавиной врагов, понимая, что все труды пятнадцатилетней войны оказались напрасны.
Окончание следует