Дворец турандот отражался в озере. Вячеслав Стародубцев: “Турандот – это мистическое отражение любви и смерти…”
Содержание статьи
XII века, писавшего на персидском языке. В 1712 году известный ориенталист Пети де ла Круа издал сборник персидских сказок, где она и была впервые напечатана. Позднее ее можно было встретить в собрании сказок «1001 день» и «Кабинет фей». Именно из этих книг Гоцци брал сюжет для многих своих произведений. Далее в статье читатель сможет найти ее краткое содержание. «Принцесса Турандот» оказалась весьма привлекательным сюжетом, дав жизнь одноименной опере и театральной постановке.
Гордая красавица
В постановке Вахтангова актеры играли не самих персонажей, а актеров венецианской труппы. Получалась своеобразная матрешка. Соперничество между Турандот и Адельмой было одновременно и борьбой двух примадонн за сердце героя-любовника, Калафа. К сожалению, постепенно такая трактовка была утрачена и позднейшие поколения зрителей видели совсем другой спектакль под названием «Принцесса Турандот».
Театр Вахтангова был самым посещаемым местом театральной Москвы, свидетели писали, что зрители от восторга забирались на спинки кресел. Ироничные насмешливые тексты интермедий, нарочитая игра с использованием нехитрого реквизита — все это создавало карнавальный праздник на сцене.
Намеки и аллюзии
Маски актеров можно было трактовать глубоко символично. Недаром театр всегда имел такую остросоциальную направленность. Вспомним гоголевского «Ревизора». В советское время, когда прямо можно было выражать только безудержную любовь к партии, такие иносказательные виды искусства только и могли помочь отвести душу.
Император Альтоум без ума от своей дочери - безобидный ласковый старичок. Но в его стране отнюдь не ласковые нравы и довольно жестокие законы. Бессловесные мудрецы Дивана — чиновники, с которых стоит брать пример. Со своей главной задачей — все время согласно кивать — они справляются прекрасно. В этой сказочной стране все прекрасно, все улыбаются и нежно пожимают друг другу руки. Но жить там неуютно и даже страшно. Неудивительно, что этот спектакль имел в свое время просто феноменальный успех.

Где можно встретить Турандот сегодня?
В 1991 году была учреждена самая престижная театральная премия - «Хрустальная Турандот». Идея о ее создании пришла в голову продюсеру Борису Беленькому. В программном документе местом действия церемонии награждения определена Москва, так как она является театральной вершиной России.
Изюминка этой премии заключается в том, что жюри составляется из людей, никак с театром не связанных, — писателей, художников, музыкантов. Оттого она и называется независимой. Многие знаменитые и любимые актеры являются обладателями «Хрустальной Турандот»: И. Чурикова, О. Ефремов, О. Табаков, М. Ульянов и другие.
Самая известная сказка К. Гоцци оказалась весьма плодовитой для будущих поколений. Надеемся, эта статья помогла вам узнать ее краткое содержание. «Принцесса Турандот» Пуччини, так же, как и одноименный спектакль, будут вам теперь гораздо понятнее, если вы решите посетить оперу или театр.
СОЗДАТЕЛЬ «ФАНТАСТИЧЕСКОГО РЕАЛИЗМА» В ТЕАТРЕ
Евгений Богратионович Вахтангов - выдающийся режиссер, актер, педагог.
Основатель и руководитель Студенческой драматической студии (1913), с 1921 года - 3-я Студия МХТ, а с 1926 года - Театр имени Евгения Вахтангова.
Родился в городе Владикавказе в русско-армянской купеческой семье. Его отец был крупным табачным фабрикантом и надеялся, что сын продолжит его дело.
Вахтангов еще в гимназические годы увлекся театром и решил посвятить ему всю свою жизнь. Несмотря на запреты отца, Евгений в гимназические годы много и успешно выступал на любительских сценах Владикавказа.
Окончив гимназию, поступил в Московский университет на физико-математическое отделение и сразу же влился в студенческий театральный кружок. На втором курсе Евгений Вахтангов перешел на юридический факультет и в том же году дебютировал как режиссер, поставив студенческий спектакль «Педагоги» по пьесе О. Эрнста. Спектакль состоялся 12 января 1905 года и был дан в пользу нуждающихся.
Со своим отцом Вахтангов рассорился окончательно, когда женился на своей школьной подруге - Надежде Михайловне Бойцуровой. Вскоре у них родился сын Сережа. Отец был просто в ярости, он жалел, что дал сыну образование, и лишил его наследства.
В студенческие годы, часто приезжая из Москвы во Владикавказ, Вахтангов пытается и в родном городе организовать свой театр, он мечтает о том, чтобы здание фабрики отца было отдано под театр.
В 1904-1905 годах Вахтангов участвует в нелегальных сходках молодежи. В день декабрьского восстания 1905 года строит баррикады в одном из московских переулков, участвует в создании санитарной помощи раненым.
Летом 1909 года Евгений Вахтангов руководит Владикавказским художественно-драматическим кружком и ставит в нем пьесы «Дядя Ваня» А. П. Чехова и «У врат царства» К. Гамсуна. Его отец снова был в ярости, считая, что расклеиваемые по городу афиши спектаклей с фамилией Вахтангов позорят его и наносит моральный ущерб фабрике.
Лето 1910 года Вахтангов снова проводит во Владикавказе, вместе с женой и маленьким сыном Сережей. Евгений Богратионович ставит здесь оперетту местного автора М. Попова, которая шла с успехом во Владикавказе и Грозном.
Вахтангов оставил юридический факультет и поступил в Школу драмы А. Адашева в Москве, по окончании которой в 1911 году был принят в труппу Московского Художественного театра.
Вскоре на молодого актера обратил внимание К. С. Станиславский. Он поручил Вахтангову вести практические занятия по своей методике актерского мастерства в Первой студии МХТ. Со временем Вахтангову стали казаться тесными жесткие рамки рекомендаций Станиславского. Он увлекся театральными идеями Всеволода Мейерхольда, но довольно скоро их отверг. У Евгения Вахтангова формируется свое понимание театра, довольно отличное от Станиславского, которое он сформулировал в одном коротком лозунге - «фантастический реализм». На основе этого «фантастического реализма» Вахтангов и построил теорию собственного театра.
Как и Станиславский, он считал, что главным в театральном спектакле является, естественно, актер. Но Вахтангов предлагал жестко отделить личность исполнителя от того образа, который он воплощает на сцене.
Вахтангов начал ставить спектакли по-своему. Декорации в них состояли из самых обычных бытовых предметов. На их основе, с помощью света и драпировок, художники создавали фантастические виды сказочных городов, как, например, это было сделано в последнем и самом любимом вахтанговском спектакле «Принцесса Турандот».
В костюмы актеров Вахтангов тоже предлагал внести изменения. Например, на современный костюм надевался необыкновенный театральный халат, расшитый и разукрашенный. Чтобы еще более подчеркнуть условность происходящего на сцене, актеры надевали костюмы прямо на глазах у публики, таким образом в считанные секунды перевоплощаясь из актера в персонаж пьесы. Впервые в истории театра возникла граница между персонажем и артистом. Сам Вахтангов, восторженно принявший революцию 1917 года, считал, что такая манера актерской игры вполне соответствует новому времени, ведь и революция резко отделяла новый мир от старого, уходящего.
После революции 1917 года Вахтангов пытался создать новый не элитарный, но «народный» театр. С утра до вечера он был на ногах - репетиции проходили в трех студиях: МХТ, еврейской студии «Габима» и в труппе Народного театра, уроки, подготовка спектакля к годовщине революции.
Всего за год до смерти он основал Третью студию МХТ, ставшую позднее Государственным театром имени Е. Б. Вахтангова.
По сказке итальянского драматурга Карло Гоцци Вахтангов, уже незадолго до смерти, ставит «Принцессу Турандот». Этим спектаклем он открыл новое направление в театральной режиссуре. Используя персонажи-маски и приемы итальянской комедии дель арте, Вахтангов наполнил сказку современными проблемами и злободневными вопросами.
Все, что происходило в послереволюционной России, герои сказки тут же со сцены обсуждали по ходу действия. Однако современную проблематику Вахтангов предлагал преподносить не прямо, а в виде своеобразной игры - полемики, споров или диалогов героев друг с другом. Таким образом актеры не только произносили заученный текст пьесы, но давали характеристики, нередко весьма ироничные и злые, всем событиям, происходящим в стране.
В ночь с 23 на 24 февраля 1922 года состоялась последняя репетиция в жизни Вахтангова. Репетировал он в шубе, обмотав голову мокрым полотенцем. Вернувшись домой после репетиции, Вахтангов лег и более уже не вставал.
После первого репетиционного прогона «Принцессы Турандот» Константин Сергеевич Станиславский сказал своему гениальному ученику, уже не встававшему с постели, что тот может заснуть победителем.
«Принцесса Турандот» стала последней работой Вахтангова, он не дожил всего несколько недель до премьеры.
Официальный сайт Российского академического театра им. Е. Вахтангова.
ВЗГЛЯД ПОЭТА
Серафим -- на орла! Вот бой! --
Примешь вызов? -- Летим за тучи!
В год кровавый и громовой --
Смерть от равного -- славный случай.
Гнев Господень нас в мир изверг,
Дабы помнили люди -- небо.
Мы сойдемся в Страстной Четверг
Над церковкой Бориса -- и -- Глеба.
Марина Цветаева. Евгению Багратионовичу Вахтангову (1918)
МЕЙЕРХОЛЬД О ВАХТАНГОВЕ
Станиславский правильно определяет образ Вахтангова: «Вождь». «Режиссера подготовить не так трудно, но как найти вождя».
Свойства вождя имел Сулержицкий, вождем был и Вахтангов.
Загляните в особняк на углу Арбата и Николо-Песковского переулка. Посмотрите, как живет и работает Третья студия МХТ.
То, что здесь сорганизовано, - дело рук именно вождя.
[…] Последние работы Вахтангова показали нам, что именно здесь - в Третьей студии МХТ, и в «Габиме», где он работал, - производились те новые опыты, которые действительно помогали искусству театра продвигаться вперед.
[…] Если взять только одно «Чудо св. Антония» в трактовке Вахтангова, мы увидим, как много сделал этот мастер для того, чтобы дать театру то, чего ему недоставало. Неореализм был выкован тут так просто и ярко, главное - так здорово, по-нашему.
«Праздник мира», «Потоп», «Росмерсхольм» - это были только «пробы пера» и даже «Эрик XIV» - это еще только попытки.
Но вот уже «Чудо св. Антония», и «Гадибук», и «Принцесса Турандот» - ступени вверх.
Но и это только преддверие.
Он приготовил себя, чтобы начать, и… умер.
Невольно вспоминается другая такая же бестактная, такая же не ко времени пришедшая смерть, сбросившая в могилу Скрябина. Вся его короткая жизнь была лишь «предварительное действо».
В.Э. Мейерхольд. Памяти вождя.
http://teatr-lib.ru/Library/Vahtangov/Vahtang/#_Toc149071249
ВАХТАНГОВ О СВОЕМ ТЕАТРЕ
Константин Сергеевич однажды рассказывал о работе над одной из чеховских пьес: «Сидим мы у буфета расстроенные, полумрак, все очень грустные. Ничего не выходит. Вдруг слышим - что-то скребет. Мышь. Стали слушать молча, почувствовали, что наступило нужное настроение».
И тут я вдруг понял. Я понял, что секрет успеха чеховских пьес в Художественном театре - в верно найденных театральных средствах.
Из всех режиссеров русских единственный, кто чувствовал театральность, - это Мейерхольд. Он в свое время был пророком и потому не был принят. Он давал вперед не меньше как на десять лет. Мейерхольд делал то же самое, что и Станиславский. Он тоже убирал театральную пошлость, но делал это при помощи театральных средств.
Условный театр был необходим для того, чтобы сломать, уничтожить театральную пошлость. Через убирание театральной пошлости условными средствами Мейерхольд пришел к настоящему театру.
Константин Сергеевич, увлекаясь настоящей правдой, принес на сцену натуралистическую правду. Он искал театральную правду в жизненной правде. Мейерхольд же пришел через условный театр, который он сейчас отрицает, к настоящему театру. Но, увлекаясь театральной правдой, Мейерхольд убрал правду чувств, а правда должна быть и в театре Мейерхольда и в театре Станиславского.
Станиславский, увлекаясь правдой вообще, внес на сцену жизненную правду, а Мейерхольд, убирая жизненную правду со сцены, в своем увлечении убрал и театральную правду чувств. И в театре и в жизни чувство - одно, а средства или способы подать это чувство - разные. Куропатка одна и та же - и дома и в ресторане. Но в ресторане она так подана и так приготовлена, что это звучит театрально, дома же - она домашняя, не театральная. Константин Сергеевич подавал правду правдой, воду подавал водой, куропатку куропаткой, а Мейерхольд убрал правду совсем, то есть он оставил блюдо, оставил способ приготовления, но готовил он не куропатку, а бумагу. И получилось картонное чувство. Мейерхольд же был мастером, подавал по-мастерски, ресторанно, но кушать это было нельзя. Но ломка театральной пошлости средствами условного театра привела Мейерхольда к подлинной театральности, к формуле: зритель ни на одну секунду не должен забывать, что он в театре. Константин Сергеевич через свою ломку пришел к формуле: зритель должен забыть, что он в театре.
Совершенное произведение искусства вечно. Произведением искусства называется такое произведение, в котором найдена гармония содержания, формы и материала. Константин Сергеевич нашел только гармонию с настроениями русского общества того времени, но не все, что современно, - вечно. Но то, что вечно, - всегда современно. Мейерхольд никогда не чувствовал «сегодня», но он чувствовал «завтра». Константин Сергеевич никогда не чувствовал «завтра», он чувствовал только «сегодня». А нужно чувствовать «сегодня» в завтрашнем дне и «завтра» в сегодняшнем.
Когда началась революция, мы почувствовали, что в искусстве не должно быть так, как раньше. Мы еще не знали формы - настоящей, той, какая должна быть, и поэтому она у нас в «Антонии» получилась какая-то переходная. Следующим этапом будет искание формы вечной. В пьесах Чехова жизненные средства совпали с театральными. Сейчас театральные средства, которые мы употребляем в «Антонии» - «клеймить буржуа», - совпали с требованиями жизни, с требованиями современности. Но это время пройдет. Перестанут клеймить, потому что социализм - это не есть общество пролетариев, это общество равных, довольных, сытых людей. Когда исчезнет нужда и всякое понятие о нужде, не будет никакой надобности клеймить буржуазию. Таким образом средства, которые мы выбрали, перестанут тогда быть театральными. Надо найти настоящее театральное средство. Надо найти вечную маску.
Е.Б. Вахтангов. Две беседы с учениками.
http://teatr-lib.ru/Library/Vahtangov/Vahtang/#_Toc149071234
РУССКАЯ ЖИЗНЬ СТАРОЙ ИТАЛЬЯНСКОЙ СКАЗКИ
Влияние драматургии Карло Гоцци на развитие русской театральной сказки можно рассматривать в двух направлениях. Во-первых, это собственно постановки его сказок для театра на российской сцене, во-вторых, это воздействие сложившейся в них эстетики на сам жанр пьесы-сказки, причем степень знакомства с ним русского читателя и зрителя очень менялась в зависимости от идейных и эстетических предпочтений эпохи. В ХIХ веке, в пору классического реализма, Гоцци еще не был даже переведен на русский язык, победителем в отечественном театральном репертуаре стал его побежденный при жизни соперник Карло Гольдони.
Подлинный интерес к наследию Гоцци возник в атмосфере бурных эстетических новаций эпохи «серебряного века»… Крупнейшим событием в сценической истории сказок Гоцци стал легендарный спектакль «Принцесса Турандот» в постановке Евгения Вахтангова (1922), превратившийся не только в символ театра его имени, но и в символ театрального направления, театральной школы. Вахтангов поставил «Турандот» как ироническую сказку, в которой актеры играли не самих героев, а актеров венецианской театральной труппы, разыгрывающих «Принцессу Турандот». Это была «шкатулка» даже не с двойным, а с тройным дном. Так любовное соперничество Турандот и Адельмы накладывалось на актерское соперничество двух примадонн труппы и их борьбу за сердце героя-любовника, играющего Калафа... В целом, эстетика этой уникальной постановки работала на вахтанговскую концепцию театра-праздника, и важно отметить, что хотя Вахтангов поставил со своими учениками не один спектакль, именно стиль «Принцессы Турандот» оказался определяющим для будущего театра, обозначив центральную проблему сценической интерпретации Гоцци - выбор жанра, то есть, в сущности, выбор взгляда современного человека на сказку.
Вячеслав Стародубцев. Фото – Евгений Иванов
5 и 7 февраля 2016 Новосибирский театр оперы и балета впервые в своей истории представляет премьеру оперы Джакомо Пуччини «Турандот».
Режиссером-постановщиком нового спектакля в жанре «оперного квеста» стал Вячеслав Стародубцев.
Он рассказал Ксении Черновой о мистических совпадениях, зеркальном мире, героях аниме и связях с вахтанговской «Принцессой Турандот».
— Режиссеры говорят, что многое в работе определяет первый шаг. С чего Вы начали работу над постановкой?
— Прежде всего, я думал о том, что место и время действия в этой опере – сказочные, а сама история проникнута мистикой. Роковые загадки, жертвенная любовь, перерождение Турандот из ледяной, воинственной в пламенную, любящую женщину, особая красота и степенность музыки Пуччини… Такой большой ритуал, сказочный квест.
— Это заслуга сказки Гоцци как первоосновы?
— Гоцци сумел создать некий мета-сюжет, который волнует, интригует и образует мощный мистический посыл. Поэтому мне хочется найти свою Турандот не через историзм, не через реалистическую орнаментальность, как это обычно делают, а через мистику. И прежде всего нужно было понять эстетическую концепцию нового спектакля.
— Идея пришла легко?
— Интересно то, что есть мистическая связь пуччиниевской оперы с знаменитым спектаклем Евгения Вахтангова «Принцесса Турандот» – они возникли практически одновременно.
Идею оперы подсказал Пуччини драматический спектакль режиссера Макса Рейнхардта. Он увидел его в 1919 году, начал писать оперу в 1920-м, а «Принцесса Турандот» Вахтангова создавалась в 1922-1923-м. Это все один временной период. Пуччини писал оперу до конца жизни, и мы знаем, что он ее не окончил. Как и Вахтангов не окончил свой спектакль.
— Опять мистика?
— Безусловно. Период начала 20 века отмечен возникновением новых талантливейших течений в театре, изобразительном искусстве и вообще культурной жизни России и мира. Я предложил художникам эстетику супрематизма и авангардизма, которые будут использоваться и в оформлении сценического пространства, и видеопроекции.
— Это аллюзия на вахтанговский спектакль, без прямого цитирования сценографии, художественных приемов?
— Да. Некий элемент условности, конечно же, существует. Но главная концепция сценографии – зазеркалье. Принцесса существует в замкнутом зеркальном мире. Она ничего не видит кроме собственного отражения. Мне хочется подчеркнуть мистическое значение предметов: золотая луна, она же зеркало.
Но при всей этой символической условности необходимо сделать действие живым за счет актерской игры и вокальной действенной интонации. Преодолеть статичность, найти внутреннюю динамику.
— Сам образ Турандот у Пуччини монументален.
— Турандот на сцене вашего театра не должна затеряться. В этом мне помогут артисты миманса – я дополняю ее образ шестью служанками с щитами-зеркалами. Это и ее alter ego, и часть большого костюма, шесть зеркальных лепестков лотоса, священного китайского цветка, внутри которого живёт Турандот.
В финале, безусловно, Турандот преображается, имперские символы власти сменяет на искренность, интимность, светлые одежды. Она не просто так приходит к пониманию любви.
— А Калаф не кажется Вам слишком жестоким по отношении к Лиу?
— Калаф в моем воображении – сказочный принц, который приковывает к себе внимание. Это персонаж фильма аниме, созданный, чтобы им восхищались. То есть он некий абсолют, с одной стороны – воинственный, с другой – трогательный.
Мне всегда было непонятно: как за две секунды, видя Турандот издалека, Калаф влюбляется настолько, что готов рисковать, в музыки Пуччини ничего не меняется при этом. Что же в ней такого неземного?
По моему решению, первый раз Калаф видит не Турандот, а ее отражение в луне. Луна – мистический символ, который усиливает её образ. А в знаменитой арии “Nessum Dorma” Калаф совершает целый обряд, он мистически вызывает рассвет!
— Лиу находится между ними?
— Лиу для меня центральный персонаж, не уступающий Турандот. Она сакральная жертва. Она не просто отдает жизнь за того, кого любит. Она отдает жизнь, чтобы мог любить он, и уходит в другой, ирреальный мир по ту сторону зеркала. Это высшая степень жертвенности.
— Турандот, Калаф и Лиу – герои высшего мира. Но есть в опере и средний мир – народ, министры, окружение главных героев. Каково Ваше отношение к ним?
— Я обратил внимание, что так всегда и трактуют: вот роскошный императорский дворец, а вот чернь в тряпье, которой остается только подчиняться. Мне же кажется, что народ – это и есть двигатель, смертельных действий. Народ кровожаднее, чем весь императорский дворец. Император, Турандот, Калаф, три министра – для меня положительные герои.
— Вы уже поработали с труппой. Каким Вам видится ее потенциал?
— Я смотрел несколько спектаклей и самое главное, чем меня поразила ваша труппа, это качественные голоса и владение актерской интонацией. Это меня очень радует, ведь в музыкальном театре главное все-таки музыка и голос. А в вашем театре внимание сосредоточено именно на этих двух константах.
Ксения Чернова, НОВАТ
«Nessun dorma! Nessun dorma!
Tu pure, o Principessa, nella tua fredda stanza
guardi le stelle che tremano d’amore e di speranza…»
Ария принца Калафа, «Турандот», Дж. Пуччини
В поисках принцессы Турандот влюбленному Калафу предстояло обыскать весь роскошный замок китайского императора, каждый зал, изукрашенный росписями, шелками и вазами тончайшего фарфора, заглянуть в самые укромные уголки. От комнаты к комнате менялись декорации, ослепляя своим блеском, убранством и утонченностью. Сказочный дворец, похожий на драгоценную шкатулку с потайными отделениями, жил своей жизнью, оставляя в душе каждого, кто побывал в нем, глубокий след прекрасных воспоминаний.
Таким прекрасным воспоминанием становится и визит в старинный московский особняк на Тверском бульваре, вернее, даже дворец, в стиле позднего барокко и «шинуазри», в котором находится ресторан «Турандот» , похожий на ту самую драгоценную шкатулку.
Сусальное золото, шелка, состаренные зеркала, лепнина, фарфор, гобелены, венецианское стекло, антикварные часы, центральная люстра с подвесками из горного хрусталя, кварца и аметистов, ажурные переплеты окон, изящные кованые элементы балконов и лестниц – здесь еще множество мельчайших деталей, каждая из которых неслучайна и продумана.
Авторы проекта – владелец Maison Dellos
, ресторатор, профессиональный архитектор и художник-реставратор Андрей Константинович Деллос
и заслуженный художник России, декоратор Александр Попов.

Ресторан занимает 3 этажа, здесь 2 просторных зала, несколько холлов и балконов, десятки отдельных кабинетов, многочисленные лестницы. Каждый банкетный зал ресторана оформлен в определённой тематике: Китайский шелк, Золотая клетка, Ткани и Зеркала, Птичий зал, Райский сад, Флорентийский дворик, Трельяжная терраса, расположившаяся на крыше исторического особняка и другие.
Заглянем во владения Турандот, откроем шкатулку, наполненную драгоценностями, и начнем любовно перебирать их: сначала изящные золотые украшения, затем нити жемчугов и, наконец, россыпь драгоценных камней.

В средней части особняка находится центральный зал со сверкающей аметистами люстрой, с тонкой вязью золотой лепнины, орнаментальными тягами, сходящимися к куполу, с расписными китайскими вазами, статуэтками обезьян и фресками с их же участием в пасторальном стиле.
На второй этаж выходят двери банкетных залов и выход во Флорентийский дворик, заполненный светом и воздухом. На его балконе мы и расположимся, чтобы отдать должное не только красоте дворца, но и его тонкой кухне.

Чтобы дать всем гостям возможность почувствовать концепцию ресторана, понять его историю и эволюцию, составить мнение о кухне, в меню введен раздел со специальными сетами – классическим и современным.
Шеф-повар ресторана Дмитрий Еремеев знает о том, что такое гастрономическая классика Турандот, как никто другой. О том, какие блюда полюбились гостям за десять лет больше всего, он рассказывает с помощью специального классического сета (2350 руб.). Он включает в себя зеленый салат с хрустящей уткой
– абсолютный хит среди гостей.

Второе блюдо сета - димсамы «Турандот» : под тонким тестом – несколько видов начинки: утка с тыквой, креветки с крабом, кальмаром, гребешком, сельдереем и курицей.

На горячее Дмитрий Еремеев предлагает классическую говядину по-китайски в соусе из черного перца ,

а на десерт – легкий, как воздух, ванильно-манговый крем .

Жизнь – вечное движение и перемены. Переходя из зала в зал, не устаешь удивляться: на смену китайским вазам и золотой лепнине приходят старинные зеркала, гобелены, антикварные часы и роскошь, и каждая комната дворца имеет свой, неповторимый, характер и множество деталей, которые и делают их исключительными, а великолепие дворца – величественным.

Но вернемся к сетам. Азиатские мотивы в нем сменяются европейскими. Второй сет составлен из блюд, характеризующих ресторан сегодня: необычные подачи, новые сочетания продуктов и неизменно высокий уровень мастерства.
Современный сет (2850 руб.) начинается с канапе с утиным паштетом на хрустящем тесте
с терияки, которое подают на камнях. Продолжить обед шеф-повар рекомендует тартаром из сибаса с ароматом трюфеля

И подпеченным камамбером с инжиром и соусом унаги .

Главным блюдом сета стал сибас с рубленным карпом, овощами и черным картофельным пюре .

Десерт «черная жемчужина» - еще одна драгоценность из шкатулки «Турандот».

Незабываемые впечатления от встречи с этим дворцом, этим предметом изящного искусства, великолепной драгоценной шкатулкой, остаются в памяти надолго.
И не стоит себе отказывать в этом удовольствии, современный «Турандот» идет навстречу своим гостям. На первом этаже ресторана доступно великолепное предложение для всех, кто желает основательно пообедать или поужинать, и при этом не настроен тратить крупную сумму. Согласно практике лучших мировых ресторанов Турандот предлагает «меню без границ»
- блюда из основного меню в неограниченном количестве за фиксированную сумму 3200 руб.
А еще здесь великолепная чайная карта
, не имеющая аналогов. Основу ее составляет эксклюзивная коллекция сортов чая, которая не представлена в открытой продаже за пределами внутреннего китайского рынка, а сам чай доставляется авиаперевозками из Китая специально для пополнения коллекции ресторана.
______________________________
Ресторан "Турандот"
Тверской бульвар 26, стр.3